Я заказала для себя средний кусочек пиццы, и попросила завернуть его с собой. Обернулась к Элле, и спросила не будет ли она что-нибудь заказывать себе, и увидела как она смущенно опустила голову вниз со словами, указывающими на очевидную ложь:
— Нет… я не голодна. Просто решила выйти прогуляться с тобой.
— Подождите пожалуйста, мне ещё одну такую же порцию пиццы с собой. — сказала я.
— Хорошо сеньорита, одну минуту. — ответил мне работник кафетерия, а я поспешила оправдаться перед Эллой.
— Знаешь, я не хочу кушать одна, мне так скучно. Составишь мне компанию? — попыталась мило улыбнуться, а она робко ответила:
— Ну… ладно. Составлю тебе компанию…
Пока мы кушали, то особенно не разговаривали. По её аппетиту, я поняла что была права в своих догадках, и Элла действительно недоедает дома. Мне стало жаль её, и я попыталась аккуратно выспросить про её личную жизнь, после того как с нашим перекусом было покончено.
Оказалось, что её растит сейчас один старший брат, и он работает разнорабочим в порту. А её родители злоупотребляли спиртными напитками, и погибли пару лет назад. Я была шокированна как её жизнью, так и её откровенностью передо мною, и решила что буду ей помогать, чем смогу.
Остаток дня на занятиях мы провели вместе, но не один из предметов мне так и не понравился, не зацепивши моего внимания. Поэтому мыслями я всё время возвращалась к Дино, каждый раз ругая себя за это. Когда я вернулась домой, то конечно от родителей посыпался град вопросов о том, как прошёл первый учебный день. И конечно, мне пришлось врать что всё было хорошо.
Наконец-то закрывшись у себя в комнате, я решила сама позвонить Николь, после месяца без общения. Пришлось признаться себе, что я скучаю за ней, и наступить на собственную гордость.
— Ну здравствуй, подруга. — она сделала язвительный акцент на слове “подруга”.
— Привет Николь. Как поживаешь?
— Тебе это правда интересно?
— Да, мы давно с тобой не общались.
— Ну у тебя же есть, с кем развлекаться теперь! — продолжала она фыркать мне.
— Больше нет. Мы расстались.
— Неужели сбылись мои предсказания? — тихо и удивлённо спросила Николь.
— Не совсем. Нас увидела Анэтт, и угрожала рассказать всё семье, если я с ним не расстанусь.
— И ты сразу рассталассь?
— Да. Я выбрала семью.
— Нууу… мне конечно жаль что ты расстроенная, но этого стоило ожидать, Мартина.
— Я знаю. Мы слишком разные, и отец никогда не примет такой мой выбор. Я всё это уже поняла, Николь. Я звоню не для нотаций, а для того, чтобы узнать — хочешь ли ты со мной ещё дружить?
— Естественно я хочу с тобой дружить, идиотка! Это ты меня на парня променяла, а не наоборот!
— Хорошо, тогда может встретимся сегодня вечером? Приходи ко мне, выпьем чаю на веранде.
— Уже собираюсь! — весело ответила она, и мы попрощались.
Что ж, пора возвращать свою старую жизнь в таком виде, в каком она была до знакомства, с моим “спасителем”.
Шла вторая неделя моего обучения, и вторая неделя как Дино держал своё слово, и больше не беспокоил меня. Совсем не беспокоил. Я не видела его даже мельком, также как и не слышала про него ровным счетом никаких новостей. Мне даже казалось, будто он уже покинул Мессину, хотя я знала что уехать он должен лишь в марте.
В общем, я очень сильно старалась не думать о нём, но чем упорнее я в этом старалась, тем настойчивее становились мысли о Дино. К тому же, я видела его каждую ночь. В своих снах, разумеется. И я с нетерпением ждала, когда пройдёт эта моя “любовная лихорадка”, потому как из-за неё я потеряла вкус к жизни, и абсолютно ничего не доставляло мне больше удовольствия.
Но я понимала ради чего я прохожу сейчас все эти мучения — это всё, ради спокойства моей любимой семьи! Анэтт действительно пристально следила за мной, и я теперь как послушная девочка, после семи часов вечера, и не высовывала свой нос на улицу. Правда Николь, не оставляла попыток вытащить меня ночью в бар к Антонио, и я из раза в раз, была вынуждена ей отказывать, потому что очень сильно боялась столкнуться там с “одной персоной”.
Сегодня у меня была рабочая суббота, и моя безбашенная подруга вновь влетела вихрем ко мне на работу, сбивая моё ленивое спокойствие, и вынимая меня из приятного уединения.
— Чао Мартина! Опять скучаешь? Я пришла тебя веселить! — Николь как всегда, была в превосходном настроении.
— Я и не сомневаюсь!
— Ну же, чего сидишь вся скрюченная? А ну, расправь плечики, у кого в эту пятницу день рождение? Кому исполняется восемнадацать?
— Ой, подумаешь. Было бы, чему радоваться!
— Как это, нет чему радоваться? Совершеннолетие раз в жизни наступает! Что планируешь устроить?
— Я? Устроить? Ты серъезно, Николь? Конечно мои родители накроют стол, и усадят за него всю нашу семью, можешь и ты приходить. Вот и всё мое веселье! Или ты думаешь, что мне отец разрешит вечеринку с алкоголем и парнями закатить? Ну ты смешная! Он максимум позволит мне бокал вина за столом выпить. — я сарказничала сама над собой. Меня злило собственное приближающееся день рождение.
