По своим способностям она видела больше многих анамаорэ, но оказавшись там, где определила местонахождение Лукаса, растерялась. С его слов Лукас вел расслабленную курортную жизнь, но открывшееся взгляду Тамико странное помещение никак не вписывалось в самые экзотические представления о курортах.
Тамико даже взвизгнула — это вроде была комната со стенами и какой-то мебелью, но на ощупь все напоминало волосы! Ее волосы, и цвета дивная мебель была точно такого же. Тамико словно очутилась в огромном парике!
Лукас сошел с ума?!
На ее визг какое-то существо подняло голову...
Лукас, внешне опрятный и ухоженный, выглядел тяжелобольным! Яркие глаза потухли, лицо избороздили морщины, он смотрел и будто не узнавал Тамико, лежа на «полу» и обнимая какой-то «валик».
Лукас явно не ждал ее. Не ждал никого. Умирал тихо. Следов Эстеллы Тамико не обнаружила.
Тамико ощутила, что вот-вот ее сердце не выдержит. Разорвется от боли. Бросилась к любимому, и ни секунды не сомневаясь, стала целовать его жадно-жадно, точно пытаясь через поцелуи передать всю себя.
Лукас прошелестел:
— Тами...
Она не могла без объяснений, она жаждала их, и продолжая ласкать Лукаса, спросила телепатически:
— Лу. Просто отвечай. Как есть. Где Эс?
Лукас поморщился. Он тоже не хотел отвечать вслух и лежал совершенно открытый и пассивный, бездвижный. У него почти совсем не осталось сил.
— С копией моей гуляют где-то... Я создал лучшую копию из когда-либо мной сделанных. Эс даже не догадывается, что это копия... Ммм, они плавают сейчас.
Тамико выругалась:
— Хренов альтруист! Что Эс натворила?!
Тамико ни минуты не сомневалась, что причина ужасного состояния Лукаса не только великая любовь к ней. Его новоявленная жена учудила что-то неизмеримо отвратительное!
— Убить меня хочет... Ранить... Я боюсь спать с ней в одной комнате, вдруг она меня придушит! — Лукас неожиданно с силой прижал к себе Тамико, как до этого держал «валик» и жалобно добавил: — Тами, не уходи, а... Мне очень страшно...
Тамико видела, что это никакое не кокетство, Лукас всегда обожал ее волосы, и теперь она поняла, какую роль играл этот огромный «парик» вокруг. Хотела попросить Лукаса сменить фактуру стен, ей-то было не по себе, но сдержалась:
— Не уйду-не уйду, мой хороший. Пока буду здесь, — глаза Тамико сверкнули гневом. — Убить тебя?!
Лукас не стал притворяться морально крепче, чем он был в данный момент, и просто показал Тамико сцену с острейшими осколками стекла, режущими его тело.
— Ты же понимаешь... Это пустяки, я сильнее нее в разы. Но жить в одном доме с такой, доверять ей...
Слов у Тамико не находилось, одни выражения теперь уже в адрес не подруги — врагини.
Лукас добавил:
— А еще Макс...
И Тамико узнала о предательстве младшего брата. Сказала:
— Ну, этот-то просто дурачок завистливый, козни хоть не строил, не особо любил тебя просто! Но она!!
Лукас ослабил хватку, разводя руками.
— Все сразу... Одновременно... Вот я и...
И тут же, точно опомнившись, он снова бережно прижал к себе свое бесценное светло-рыжее сокровище.
Тамико скомандовала:
— Прекращай этот фарс. Киснуть тут хватит, возвращайся домой. С Эской я сама разберусь, а ты поживи пока отдельно, на работе. Отвлечешься так. Потом я вернусь и все тебе компенсирую, мы будем путешествовать недолго, по паре часов в день, зато каждый день. Ты понял? И хрен с ней, с алчной тварью, Маринка-то тебя любит и ждет!
Лукас наконец ответил вслух:
— Маринка да... Тами... Ты не представляешь, как я счастлив, что ты пришла!
Она посмотрела строго:
— Я не могла не прийти, чуя вот это, — она выразительно обвела взглядом комнату. — Эска тебе жена, но с такими закидонами церемониться с ней нечего! Вот прямо сегодня, как я уйду, скажи ей все, и завтра возвращайтесь. Мы еще погуляем, ты уж извини, у нас очень хорошо все идет, но максимум месяц. И не вздумай больше прятаться — я все равно выясню, где ты!
Лукас согласился:
— Да-да, любимая, я так и поступлю. Ты береги себя...
Он невероятно давно не показывался настолько слабым с ней, и Тамико не понимала, как ей себя вести. Шутливо пригрозить: «Не расклеивайся!» — нет. У других царевичей был более крепкий тыл при их колоссальной нагрузке, а у Лу с его сложным характером... фактически она одна.
Вечно «держаться», «быть на коне» без поддержки извне не мог даже он...
Маринка дочка, ее он холил... Эс, вроде жена, на деле оказалась непонятной скрытой психопаткой… Лукасу предстояло разбираться со всем этим, привлекая душевные ресурсы, которых у него не осталось.
И Тамико, лежа на Лукасе, подтянулась вдруг выше, и провела язычком по мочке его загорелого уха. Не собираясь останавливаться, зашептала:
— Лу... Не могу больше... Хочу тебя...
Лукас ответил хрипло:
— Преступница... Боги...
Они попрали закон. Бескомпромиссно, жестоко, одержимо сливаясь друг с другом, стискивая и кусая друг друга от страсти, и это только подливало масло в огонь их желания.
Кто бы что ни узнал, сейчас не имело значения.
Тамико только попросила:
— Не хочу эти волосы! Покажи мне мое любимое ложе в Зале!
