— У нас теперь новый фараон Сехемкара, сын Аменемхета, правившего до Хутауира и Себекнеферу, — сообщил Мерера. — Истинный правитель, божественная сущность, не то, что эти самозванцы!
Меня всегда умиляли идиоты, которые радовались смене хозяина. Можно подумать, что в его жизни хоть что-то изменилось в лучшую сторону. Как был мелкой сошкой, так и остался. В лучшем случае к концу жизни поднимется чуть выше и переберется в Уасет, что будет зависеть от наместника, если не от чиновника более низкого уровня, а фараоны, сколько бы их ни было и какие бы имели права на престол, так никогда и не узнают о существовании какого-то Мереры в Тьяу.
— Мне ваши купцы, которых встречал на острове Дильмун, рассказывали, что есть канал, соединяющий море с рекой Нил. Так это или нет? — полюбопытствовал я, потому что знал, что в этой эпохе попаду в Средиземное море.
— Да, но только во время Ахета, — ответил Мерера.
В египетском календаре сейчас три времени года: Ахет (Половодье), Перит (Произрастание) и Шемет (Жара, Засуха). Каждый длится четыре месяца. Первое начинается во второй половине июня и продолжается до ноября. В это время на Эфиопское нагорье приходит летний муссон. Проливные дожди размывают снежные шапки на горных вершинах, а они там более четырех километров. Почти вся влага устремляется к Средиземному морю, размывая и затапливая все на своем пути и унося с собой тонны ила. В нижней части Нила, низменной, река разливалась на многие километры от основного русла. Там, как и в Месопотамии, были поля, огражденные валами, причем в несколько ярусов. В самом верхнем накапливали воду и после паводка поливали нижние, на которых выращивали пшеницу или кто что хотел. Во время Перита происходило созревание урожая. В это время расходовали воду из верхнего резервуара и засевали подсохшее дно быстрорастущими засухоустойчивыми культурами. В Шемет начинался жаркий период с сильным сухим ветром хамсином, который приносит пыльные бури. Наступал сбор урожая. После чего крестьяне отдыхали, дожидаясь следующего половодья.
Я подумал, что неплохо бы наведаться в Средиземное море. Там судоходство должно быть более интенсивным. За четыре месяца успею обернуться, но придется выйти из Гуабы в конце мая и вернуться поздней осенью. То есть всё лето меня не будет в городе. В это время Хаммурапи или какому-нибудь пустынному или горному вождю может шибануть моча в голову, и начнется война. Моя самоуверенность нашептывает, что без меня уж точно не справятся, а искушение уверенно произносит, что еще и как, что незаменимых нет.
66
В Гуабу я вернулся задолго до сбора урожая озимых. Хотя нет незаменимых, без меня работы по усовершенствованию крепостных стен сильно сбавили обороты. У тестя Нидиттума, подменявшего меня, свое мнение о необходимости укрепления города, потому что ведет к истощению городской казны и никак не пополняют его карман. Мне уже надоело спорить с ним, а потом с женой, которой он сразу жалуется. Шатиштар, как послушная дочь, наезжает на меня, объясняя, что с родственниками надо жить дружно. Как-то я не замечал, что они хотели со мной дружить, пока не стал шакканакку. Теперь да, самый близкий им человек, особенно, когда что-то надо от меня.
Привезенное сырье раздал в долг ремесленникам, чтобы к прибытию купцов из Элама и городов Месопотамии изготовили ценные предметы, а потом рассчитались со мной. Шкуры леопардов продал купцам Лунанне и Апилсине. Пусть отвезут выше по течению Тигра и заработают неплохую прибыль. Наши жрецы уже все обзавелись пятнистыми, как их совесть, нарядами.
Пока не началась уборочная, позанимался со своими воинами, провел несколько учений на местности. Отрабатывал маневрирование, перестроения, бой во время сражения и нападение из засад. Правда, местность здесь открытая. Надо хорошо поискать, где спрятать такой большой отряд. Наверное, поэтому в Месопотамии тактика и стратегия сводятся к прямолинейному нападению на противника. Никаких обходных маневров, засадных полков. Даже резерв мало кто выделяет. Лоб в лоб — и кто кого перерубит. Мои воины не понимают, зачем учу их чему-то другому, но привыкли доверять. Если я побеждаю, значит, правильно все делаю. Не им давать мудрые советы любимцу богини Иштар.
