Я твердо знаю, чего хочу и знаю, как это делать. Мне не нужны были чьи-то советы или чьи-то решения, если это касалось работы. У меня есть своя голова на плечах! А этого вполне достаточно, чтобы самому думать, самому решать, самому действовать и оценивать свои поступки. Но вот сейчас, после встречи с Алексом у меня произошла полная перезагрузка мозга. Александр. Я не знаю о нем почти ничего, брат и дом не в счет. А если вспомнить машину и стрельбу, то это должно настораживать, но не настораживает. Ну, вот ни разу не беспокоит меня то обстоятельство, что его люди сделали из той машины дуршлаг. И то, что в ней остались трупы, меня тоже не волнует. И если, опять же, задуматься, то причина в новом видении мира и смене жизненных ценностей - это альфа по имени Александр.
Он главная, центральная причина моих изменений. Мне с ним рядом спокойно и надежно. Я ему доверяю, это удивляет, но я в этом уверен, доверие к нему искреннее и полное. Я хочу быть с ним... Что я сейчас подумал? Как я вообще пришел к этой мысли? Блять! Что-то я расфилософствовался и забрел в такие дебри своих мыслей, что в пору отвесить себе пощечину, чтобы привести себя в чувство. Даже если бы я серьезно подумал обо всем этом, то не стоит забывать, что он на пять лет меня младше, а я на ПЯТЬ лет его СТАРШЕ! ВСЁ! Хватит думать, пора спать, а то я тут по напридумываю на свою голову. Спать. Спать. Спать. Завтра трудный день, столько вопросов надо будет решить, что нам с Алексом нужны будут все силы... Опять! Нет никаких НАС! И как так получилось, что от философских размышлений я перешел к плотским желаниям!? Пойду-ка я охолонусь в душе, а то у меня не получится уснуть.
После холодного душа, весь замерзший и трясущийся, я зарылся в теплое, мягкое одеяло и, устроившись в этом удобном постельном гнезде, согрелся и уснул.
Так хорошо, так приятно! Кожа горит, тело подрагивает и тянется в сладком напряжении. Внизу живота растет горячий ком с приятной пульсацией, которая каждую секунду рассылает по всем клеточкам тела жгучую остроту наслаждения. И вот когда накал обжигает до боли, что-то рвется, взрывается и тут же наступает такое райское наслаждение... что я просыпаюсь. Но стон успевает сорваться с моих губ: "Алекс!"
Я еще не понимаю, что произошло, я еще нежусь в коконе тепла, завернутый в одеяло, как куколка бабочки, но уже просыпается сознание и глаза распахиваются от ужаса. Я кончил с именем Алекса на губах. Не помню, что снилось. Не знаю и знать не хочу, как я умудрился кончить от одного только эротического сна, хотя нет, ладонь моя всё еще на моем члене. Я отдергиваю ее, как провинившийся мальчишка, застигнутый взрослыми за дрочкой, и горячо краснею от смущения. Да что за нах! У меня что, отходняк от стресса наступает, что-то припозднился он. Я сел в кровати, выпутался из одеяла и пошлепал в душ. Новый день начинается с нового стресса, только с эротического.
Быстро позавтракали. Молча доехали до офиса, оба всю дорогу обдумывая, что-то жутко невеселое, потому что хмурились. До обеда решили все насущные проблемы и, оставив профессионалов делать свою работу, поехали на производство. По дороге заехали пообедать в ресторан, где я поковырялся в салате, покрошил пирог и выпил чай. Зато, очутившись среди ароматов и запахов своего рабочего места, меня отпустило напряжение. Алекс судорожно вздохнул и начал расслабляться. Я только сейчас заметил, что он сверх меры хмур и серьезен. И мне стало стыдно. Он мне столько помогает, а я еще ему добавляю проблем со своим плохим настроением.
- Алекс, ты меня прости, я сегодня встал не с той ноги. И тебя напряг своим молчанием и хмурым видом. Разреши мне загладить свою вину и сделать тебе подарок.
Я достал из сейфа почти готовую композицию. У Алекса в естественном запахе присутствует аромат дубового мха. Это редко используемый ингредиент, потому что на протяжении многих лет дубовый мох был известен как сильный аллерген, который следует использовать с особой осторожностью, чтобы предотвратить кожные раздражения. Но я в своих исследованиях смог получить дубовый мох, в котором отсутствует то конкретное соединение, которое вызывало аллергические реакции и с помощью вакуумной дистилляции выделил абсолют с подлинным "ароматом влажного леса". И вот теперь к моей новой шипровой композиции я решил добавить этот отчетливо древесно - землистый, острый и очень чувственный аромат. Вручая флакончик эксклюзивного парфюма Алексу, я спросил разрешение назвать туалетную воду в его честь. Он растерянно переводил взгляд с подарка на меня и не мог вымолвить ни слова. Потом кивнул, сглотнул и хрипловатым голосом сказал:
- Сеня, у меня нет слов. Я тебе очень благодарен, мне еще никогда не делали таких подарков. Я люблю горьковатые ароматы, а ты как парфюмер должен был это заметить, и если этот парфюм мне понравится, то я буду пользоваться только им.
