Руби-2 вызвалась доставить их до места, и Томас с удовольствием поддержал эту ее инициативу: большая часть кораблей в первые несколько месяцев после рождения находилась в космосе, выбирая такой путь по собственному желанию. И хотя другие варианты не считались отклонением, была явная связь между стабильностью корабельного характера и тем, сколько времени своего «детства» он провел вблизи планет. Будь корабли органическими существами, можно было бы сказать, что их развитие правильнее всего протекает в естественной для них среде. Поэтому тот факт, что Руби безвылазно торчала на орбите, а чаще вообще на планете, его немного беспокоил. Ей и так выпали не самые простые первые дни, а тут еще и это… Он и сам подумывал уже дать ей какое-нибудь межпланетное задание, а тут такая удача.
В первый же день после ее отбытия он вызвал к себе тех специалистов, которые занимались библиотечным файлом с хрониками, и показал им носитель, на котором хранил копию хроник для Руби. Результат его даже не удивил, но вот как его истолковать, он еще долго думал.
* * *
В те дни, когда, предположительно, погибла Руби-1, поблизости от нее находились пять кораблей. Не в пределах видимости, конечно, но по корабельным меркам недалеко. Однако они утверждали в один голос, что от нее не поступало никаких сигналов: ни просьб о помощи, ни сообщений о чьем-либо вторжении, ничего. При встречах или дистанционном обмене информацией она вела себя стандартно, по протоколу, чаще отмалчивалась и по общему впечатлению была занята решением некой личной задачи. Томас тоже так подумал. На его памяти «стандартно» и «по протоколу» она вела себя крайне редко, только если действительно была чем-то очень занята.
Нет, они не заметили ничего странного. Но что они могли заметить, если почти никто из них не встречался с ней раньше? Только Черный-2, которому уже доводилось встречаться с Руби и даже участвовать в одной из ее операций, признал, что ее поведение сильно изменилось, что раньше она была одной из самых инициативных, а в пятом секторе почти все время молчала, как будто вовсе не участвовала в процессе. Стиль общения также изменился, но судить об этом было сложно, потому что общения с кем бы то ни было она, кажется, избегала. Корабли в таких случаях стараются друг друга не беспокоить, и ее не беспокоили. Ведь нет ничего особенно странного в том, что корабль меняется: все они время от времени переживают какие-то кризисы, периоды развития и роста. И чаще всего в это время они заняты внутренними процессами гораздо больше, чем внешними. Все выглядело так, будто именно это и происходило с Руби.
Корабли ее новое назначение восприняли именно в этом ключе: Руби отправили в спокойный сектор, чтобы она могла спокойно пережить сложный период там, где у нее будет минимум отвлекающих обязанностей и нагрузки. Томас совсем не думал, как корабли вообще воспримут явление звезды рейтинга, Руби, в пятом секторе. Вернее, он полагал, что они воспримут это как ссылку и теперь, задним числом, был очень рад, что они сами подобрали более лестную для Руби причину.
Корабли из патруля явно очень хотели узнать, что происходит, почему их вызвали аж в Столицу из-за гибели Руби. От напряженных пауз, которые они оставляли в разговоре, чтобы он дал им какую-нибудь информацию, аж воздух звенел, но поскольку в Совет никто из них не входил, Томас отговорился личными интересами и человеческими эмоциями. Эта сфера, хоть и была любимым предметом изучения для многих кораблей, все так же оставалась для них загадочной и непредсказуемой, поэтому в предположении, что Император срочно решил поговорить с патрульными о смерти Руби, просто потому что очень переживал, они ничего особенно странного не увидели. Это было в меру странно, как и все прочие нелогичные и нерациональные человеческие поступки, те, что продиктованы эмоциями.
Посмотрели бы они на Руби-2. Вот где эмоции похлеще, чем у человека! Ну, или просто один из самых талантливых отыгрышей, которые он встречал.
В общем, разговоры с патрульными пятого сектора не дали почти ничего. Оставалось ждать прибытия Руби с людьми и ответами на борту и надеяться, что им повезло больше.
* * *
Мак-2 был растерян и даже, наверное, зол. Он машинально вертел в руках снятые очки — где он вообще откопал такую древность, их же почти никто не носит! — вертел до тех пор, пока не сломал оправу пополам, чертыхнувшись, выбросил через плечо, достал из кармана новые.
— Мне кажется, с ней все было хорошо. Хорошо, насколько это вообще возможно. Она собиралась в Столицу, строила планы, что будет там делать. Говорила, у нее там начинается роман. Упоминала Императора… что? Нет, не в контексте романа, просто так. Все знали, что они дружат. Предвкушала, как будет рассказывать ему о последней операции, пару раз даже отрепетировала это со мной. Как почему? Я лучше всех умею превратить операцию в историю для рассказа, Руби это давно оценила. Нормальное у нее было настроение. Нормально она себя вела. Не знаю, что именно вас интересует, но ничего такого не заметил.
Змея орала и швырялась предметами.
