А мое сердце сжалось так сильно, что стало даже больно. Он думал об этом… Он хотел поцеловать меня…
Уверена, в этот момент я светилась ярче новогодней гирлянды. Облизав восхитительно ноющие губы, я уже набрала воздух, чтобы задать волнующий меня вопрос и узнать, как давно он представлял наш поцелуй, как Женя, сверкая глазами, снова вернулся к моим губам и накрыл их очередным жарким поцелуем.
И все мои вопросы тут же вылетели из головы. Да что там, в одно мгновение я разучилась разумно мыслить и складывать буквы в членораздельные слова.
Остались только ощущения — только эти горячие руки, уверенно ласкающие меня под толстовкой, и жадные настойчивые губы…
Даже если бы Женя захотел заняться со мной любовью прямо тут, я бы не стала его останавливать. Он был прав, говоря, что все мои страхи исчезнут без следа, как только я буду действительно готова к своему первому разу. И сейчас я боялась лишь одного — что Женя остановится.
И когда он в последний раз мягко поцеловал меня в уголок рта и плавно убрал руки из-под моей кофты, я не сдержала разочарованного выдоха.
— Ещё… — как в бреду прошептала я, прижимаясь к Жене всем телом и поднимая на него умоляющие затуманенные глаза.
С какой-то грустной улыбкой Женя поднял руку и медленно провел большим пальцем по моим припухшим губам.
— Какая ты красивая… — растерянно пробормотал он, будто не зная, что теперь ему с этим делать.
Я прикрыла глаза, наслаждаясь ощущением мужских ласковых рук на своем лице.
— Ты уже не злишься на меня? — слегка улыбнулась я, потершись щекой о широкую ладонь.
Женя тихо рассмеялся и, наклонившись, выдохнул:
— Ещё как злюсь.
Тысячи мурашек пробежали по моему телу от этого хриплого шепота. Покусывая губы, я посмотрела Жене в глаза.
— Останься сегодня со мной, — попросила я.
Мы оба понимали, что я имею в виду. Я хотела, чтобы этой ночью Женя сделал меня своей женщиной.
— Ева, мне надо вернуться назад, — сглотнув, сказал Женя, не сводя с меня пасмурных глаз.
Обида и ревность острым ножом вонзились мне прямо в живот, выбивая воздух из легких. Он снова отказывался от меня…
— Тебя кто-то ждет? — глухо спросила я, упираясь взглядом в ворот мужской футболки.
Женя обнял меня за плечи и с тяжелым вздохом притянул к себе.
— Да. Твой отец, — тихо ответил он, прижимаясь губами к моей макушке.
Я удивленно трепыхнулась.
— Папа?! Где он?
Женя усмехнулся.
— Сидит в баре и допивает черт-знает-какой бокал виски. Так что пора его спасать от назойливого женского внимания.
Я ошарашенно уставилась на Женю. Представить отца, пьяного и неконтролирующего ситуацию, я не могла.
— Как тебе удалось затащить его туда? — удивленно выдохнула я.
Женя улыбнулся и неторопливо заправил прядь волос мне за ухо.
— Твой отец — молодой мужчина, и ему давно пора вспомнить, что есть жизнь и вне работы.
Я наморщила лоб.
— Только не говори, что помогаешь ему найти любовницу, — простонала я.
Я не была против того, чтобы папа начал встречаться с женщиной. Я была только «за». Но не уверена, что ночью в баре папа мог найти кого-нибудь… достойного.
— Поверь, твой отец и сам с этим справится, — расхохотался Женя.
Я невольно улыбнулась в ответ.
Может, если папа начнет с кем-то встречаться, ему будет проще смириться с тем, что мы с Женей вместе?..
— Поедешь со мной? — тем временем спросил мужчина, выпуская меня из рук и оглядываясь по сторонам. Уверена, от него не укрылись ни пустая бутылка вина, ни смятый плед…
Тонин рюкзак вместе с хозяйкой исчез без следа. Подруга благоразумно ретировалась сразу же, как только злющий Женя нарисовался на крыше. Думаю, она подозревала, что всё это могло закончиться только одним — страстным поцелуем…
— Ты предлагаешь мне поехать посреди ночи за папой в бар? — вскинув брови, удивленно переспросила я.
Вот если бы Женя позвал меня в гостиницу или увез на машине куда-нибудь далеко, где никто не смог бы нас увидеть…
— Скажем, что ты напилась на пару со своей Тоней и попросила меня забрать тебя домой, чтобы уснуть в родной кроватке, — усмехнулся Женя.
Я весело фыркнула.
— Ты хочешь, чтобы меня на неделю закрыли дома?
Женя сверкнул хитрой улыбкой.
— Я был бы не против, чтобы ты провожала и встречала меня с работы.
Игнорируя сладкое томление в груди, я отрицательно покачала головой.
— Нет, Жень. Отвези папу домой, а я приеду утром. Свежая и отдохнувшая, как примерная дочь.
Подняв задумчивый взгляд, Женя шагнул ближе.
— А ты будешь помнить?.. — тихо спросил он, обнимая меня за талию.
— Что?.. — ослабевшим голосом пролепетала я.
— Это… — упрямо сверкнув глазами, Женю наклонился и поцеловал меня в губы.
Это воскресное утро было невообразимо тихим и тоскливым. А всё потому, что рядом не было Евы.
Я проснулся рано — часов в семь утра, и первая моя мысль была о ней. Спросонья я не сразу вспомнил, что Ева осталась ночевать у Тони, и какое-то время лежал с закрытыми глазами, прислушиваясь к звукам за стеной.
Тихо.
Ах да, она же не дома… Я оставил ее у подруги с горящими от поцелуев губами и сверкающими от счастья глазами…
