— Отец запретил мне заходить в твою спальню, — заявил Женя, когда я буквально силой затащила его за руку в свою комнату.
Аккуратно закрыв дверь, я прислонилась к ней спиной и, улыбнувшись, за рубашку притянула мужчину к себе.
— С каких пор ты стал таким послушным? — пробормотала я, касаясь губами шеи над расстёгнутым воротником рубашки.
Прикрыв от наслаждения глаза, Женя усмехнулся и упёрся одной рукой о дверь.
— Ева, лучше пока не обострять. Ринату надо дать время привыкнуть, — тихо проговорил он, нависая надо мной.
Я кивнула и снизу вверх задумчиво посмотрела на Женю.
— Тебе не показалось, что отец уже догадывался о нас? — спросила я, скользя ладонями к широким плечам.
Очень уж легко всё прошло. Я бесстыже подслушивала разговор Жени с отцом под закрытой дверью и, если честно, была удивлена. Особенно тому, что, оказывается, мама много лет назад предсказывала наши с Женей отношения. Так жаль, что я ее почти не помнила. Мне кажется, мы могли бы быть лучшими подругами…
— Очень сложно было не заметить, какими глазами я на тебя смотрю, — хмыкнул Женя, наклоняясь и нежно целуя меня в губы.
Улыбнувшись, я ответила на поцелуй и нагло забралась ладонями под мужскую рубашку. Черт, хочу снова увидеть Женю без одежды. Это потрясающее зрелище…
— Малыш, твой отец уже, наверное, достает из-под кровати ружье. Так что лучше его не злить и расходиться по комнатам спать, — посмеиваясь, Женя обхватил мои запястья и аккуратно завел руки мне за спину. Но так получилось еще более возбуждающе.
Выгнувшись, я медленно облизала губы.
— Когда мы снова займемся любовью? — прямо спросила я, утопая в жарких мурашках. Слишком хорошо мое тело помнило, как ему было хорошо в руках этого сильного мужчины.
Женя, сверкнув белозубой улыбкой, коснулся губами моего виска.
— Завтра после работы я заберу тебя… — прошептал он мне на ухо и отступил назад, выпуская из своих объятий.
Я с трудом сдержала стон разочарования. Не хочу, чтобы Женя сейчас уходил, даже если он будет всего в нескольких шагах от меня через стенку.
— Думаешь, я смогу уснуть, зная, что ты в соседней комнате? — прохныкала я, превращаясь в маленькую капризную девочку.
Женя рассмеялся и, скрестив руки на груди, покачал головой, давая понять, что мои уловки на него не подействуют. Ну да, уж он-то знал меня, как облупленную.
— Уже поздно, зайка. Тебе рано вставать в универ, а мне на работу. Поэтому, если не хочешь уснуть на нашем завтрашнем свидании, ложись спать поскорее, — сказал он, лаская искрящимся взглядом мое нахмуренное лицо.
— А где будет наше свидание? — быстро спросила я, вскидывая глаза.
Женя усмехнулся.
— Завтра узнаешь, любопытная моя.
Подойдя ближе, он чмокнул меня в нос и взялся за ручку двери.
— Спокойной ночи, любимая, — шепнул мужчина, посылая мне ласковый взгляд, и, пока я не очнулась, незаметно выскользнул из спальни.
Я специально встала с утра пораньше, чтобы увидеться с отцом до его отъезда на работу. Вчера вечером мы с ним так толком и не поговорили. После разговора с Женей и нескольких рюмок коньяка, отец неторопливо вышел из кухни и, поймав мой испуганный взгляд, спросил только одно «Любишь?».
Я отчаянно закивала, чувствуя, как глаза начинает щипать от навернувшихся слёз. «Больше жизни, пап…», — прошептала я, до последнего пытаясь быть взрослой и сдержанной. Но когда отец улыбнулся мне, грустно и нежно, я плюнула на свою чёртову самодостаточность и, сорвавшись с места, подлетела к самому родному человеку и крепко обняла.
— Спасибо, пап, — выдохнула я, зарываясь лицом в его футболку.
И почему я так боялась ему обо всем рассказать? Отец ведь всегда хотел только одного — чтобы я была счастлива.
— Иди спать, дочка. И ничего не бойся, я всегда с тобой, — прошептал он мне на ухо и ласково погладил по волосам, совсем как в детстве.
Зажмурившись, я тихо всхлипнула. С моей души будто упал огромный камень. Я вдруг поняла, как важно мне было одобрение отца.
И теперь, с утра пораньше, мне хотелось сварить для него крепкий ароматный кофе, как он любит. Ну и поговорить. Наверняка, у отца накопилась куча вопросов…
— Доброе утро, пап, — расплылась я в широкой улыбке, врываясь на кухню.
Отец в безупречном строгом костюме сидел за столом и поедал яичницу. Подняв на меня глаза, он усмехнулся.
— Да уж явно доброе. Вон сияешь, как новогодняя гирлянда.
Прикусив губу, я потянулась в шкаф за кофе. Черт, я светилась, как полкило урана. И это я еще не видела Женю. Судя по шуму воды в ванной, он принимал утренний душ.
— Это любовь, — просто ответила я, засыпая молотые зерна в кофемашину.
Отец за спиной протяжно вздохнул.
— С Лёшей что? — коротко спросил он, звякая вилкой о тарелку.
Убрав пакет с кофе, я медленно повернулась.
— Мы с ним вчера расстались. Он знает про нас с Женей, — спокойно ответила я, глядя отцу в глаза.
Теперь-то я понимала, что Лёша был лишь подростковой влюбленностью, поверхностной и эгоистичной. Мне просто нравилось, что у меня есть красивый парень, и все видят, какие взрослые у нас отношения. Но едва ли я представляла нас вместе спустя десять лет. Я уж не говорю про детей…
