По позвоночнику, по каждому нерву мазнуло холодом. И вдруг Света испугалась. Представила на короткое, между ударами сердца, мгновение, что вот-вот его потеряет. Навсегда. По-настоящему. Что будет смотреть издалека, встречать вот так, по праздникам, когда он будет заходить к детям. Что будет приходить с другой, непринуждённо ей улыбаться и обнимать, не обращая внимание на посторонних. Этого она хотела, когда просила время? Точно ли этого?
– Я не хочу, чтобы ты уходил, – сказала твёрдо, тихо. И вспыхнула, заметив тень улыбки, скользнувшей по его губам.
На крыше оказалось ветрено. Лёва и Алина тут же обернулись, приподнялись навстречу, разочарованно опустились обратно, заметив, что родители идут рядом, но всё-таки слишком далеко друг от друга. Подойдя первой, Света ахнула, улыбнулась сквозь слёзы, глядя на Лёву, боясь обернуться.
– Какая красота! Это всё вы придумали?
На большом покрывале, помимо еды, стояли пузатые фонарики, свет в них мерцал, дрожал под порывами ветра. Их первое настоящее свидание, мерцающий город далеко под ногами, фонарики в ветвях, обжигающие поцелуи… Света совершенно не удивилась, услышав:
– Нет, это была идея папы.
– Папа у нас романтик, – хитро прищурилась Алина.
– Кто? Я? Не думаю. Это просто семейный ужин.
– Ты же сказал, что это не ужин. – Света всё же нашла в себе силы обернуться, попыталась поймать мгновенно сбежавший за её плечо взгляд.
– Не ужин, – согласился Никита, поняв, что его загнали в капкан. С лёгкой улыбкой посмотрел на Свету, открыл было рот, чтобы ответить, когда небо разорвала первая вспышка медово-жёлтого: начался фейерверк
Традиционно, первые несколько минут, самые восторженные, самые невероятные, все были поглощены созерцанием. Золотые, зелёные, красные хризантемы расцветали над головами, превращая день в ночь. Змеились вихри, распускались листья, на мгновение всё гасло, прежде чем начаться заново. Воздух пропах серой, иногда можно было услышать дружный восхищённый вздох. Пользуясь тем, что дети заняты фейерверком, Света подошла к Никите, подняла на него сверкающие глаза и тихо сказала:
– Спасибо.
– М? – он склонил голову набок. Но ответил в тон, еле слышно: – За что?
– За то, что сейчас ты рядом.
Вскоре они вновь расселись на пледе. Не отрывая глаз от неба, изредка тянулись к еде, и несколько раз, случайно или нарочно, пальцы Светы и Никиты встречались на одной и той же шпажке или сталкивались на бутылке с соком. Оба тут же одёргивали руки, намеренно не глядя друг на друга. Спешить было некуда, и вечер действительно стал волшебным.
Инна плыла по улице, чувствуя себя королевой. Повод надеть длинный сарафан представлялся редко, а он так шло её фигуре! Бледно-голубой шёлк, расшитый белыми лотосами, белый пояс, венок из ромашек и васильков в волосах – порой она жалела, что не родилась на пару веков раньше. Возможно, тогда бы ехала в карете, и не пришлось бы ломать ноги на каблуках, семеня по мощёной мостовой и пытаясь успеть за Игорем. Он тащил её к набережной, изнывая от нетерпения, но, хотя Инна и сама была бы не прочь бежать, а не плестись в толпе, приходилось держать марку.
Руслан накануне уехал в командировку. Неожиданную, срочную. Планировал вернуться через три дня и, кажется, был не особо расстроен, что пропустит праздник. Инна тоже не расстроилась. Искала в себе грусть из-за того, что будет одна, и не находила. Зато можно будет отлично провести время с друзьями и после того, как закончится праздник, пропустить с ними бутылочку вина.
Сергея она заметила первой. Он сидел на траве почти у самой воды, опираясь на вытянутые руки, и задумчиво смотрел в звёздное небо. Оглянувшись, Инна не увидела поблизости Тамару и решилась подойти, по пути удивляясь – когда это ей надо было спрашивать разрешение, чтобы заговорить с другом?
– Пытаешься разглядеть облака? – спросила она насмешливо, возвышаясь над ним и загораживая обзор.
– Пытался, пока ты не подошла, – лениво улыбнулся он и качнул головой вправо. – Садись.
– А где Тамара и Даня? – осторожно подобрав полы сарафана, Инна опустилась на траву, подумав, что завтра наверняка останутся зелёные пятна. Слава тем, кто придумал химчистку и решил открыть её прямо рядом с домом!
– Тамара уехала к семье. Сказала, что пять лет не была на празднике дома. Даня не захотел, ждал Алину.
– Мы оба проиграли, да? – усмехнулась Инна, опираясь на руки.
– Это точно. Что бы ты ни загадала на случай выигрыша, придётся придержать до следующего раза.
– Что это? Я слышу сожаление в твоём голосе?
– Мне жаль Даню, – Сергей пристально посмотрел на неё. – Он очень ждал…
– Алину?
– Да, именно её. – Горячий взгляд проник под кожу, нагрел кости. Инне стало душно, воздух, пропитанный теплом тел сотен людей вокруг, показался спёртым, тяжёлым. Она достала веер, взмахнула кистью. Вытянула шею, пытаясь в толпе найти знакомых, но, как назло, вокруг была сплошь молодёжь.
– Мама!
– Папа!
Игорь и Даня вынырнули из ниоткуда, замерли перед родителями, тяжело дыша.
– Ленка позвала нас к себе с ночёвкой!
