Машину, в которой она сидела нашёл сразу. Она распустила волосы и они волной закрывали ей лицо. Её тело вздрагивало от рыданий, и он почувствовал себя подонком.
Постучал в окно. Не сразу, но разблокировала машину. Глаза красные, губы опухшие — даже заплаканная она выглядела невероятно прекрасной. Трогательной. Беззащитной. Желанной.
Ему трудно было просить прощения, когда ещё недавно, главным планом была — месть, но он понял, что проиграл. Проиграл в сражении, которое сам же себе и объявил.
Он хотел эту женщину и не хотел её отпускать.
Вы знали, что в французком языке нет фразы: «Я по тебе скучаю?»
Ты дословно говоришь человеку — ты отсутствуешь у меня. Проще говоря, тебя у меня нет. Как нет какой-то части тела или важного органа, без которого невозможно функционировать.
Я поняла, что все эти годы не просто скучала по Олегу, что он не просто отсутствовал в моей жизни, а что я — не функционировала именно как женщина.
Да, у меня была семья, был горячо любимый сын, но не было ЕГО. И когда, Олег так внезапно «обрушился» в мою жизнь — я словно ожила. Во мне проснулась моя женщина, та, которой безумно не хватало любви мужчины. Любимого мужчины.
Наверное, я всё же непроходимая дура, если вновь решилась прогуляться по лезвию бритвы. Но я физически не могла отказать себе в желании ещё раз увидеться с ним, и закрыть этот долбанный, как сейчас модно говорить, гештальт. (Или разворотить его ещё больше?) Возможно, Олег думал также как и я, а возможно, Лена права: он до сих пор не простил меня, хотел воспользоваться, а затем послать куда по — дальше. Плевать! Я готова прогуляться по этому лезвию!
В общем, я согласилась с ним поужинать.
Лене я решила об этом не рассказывать, (хотя у меня никогда не было от неё секретов) иначе, как минимум получасового ора было не избежать. Она почему-то вбила в свою голову, что мы с Кириллом идеально подходим друг к другу, и обязательно должны возобновить отношения, а после, непременно пожениться! Я очень любила свою подругу, но иногда она меня дико раздражала.
Да, Кирилл — хороший добрый человек, заботливый, и как мужчина приятный, но в его объятиях я не чувствовала ровным счётом ничего, когда как от одного лишь взгляда Олега, я чувствовала ВСЁ.
На утро следующего дня, после той злополучной встречи, в наш офис курьер принёс шикарный букет алых роз, просто громадный! Спросив, кто здесь Анна Облонская, подошёл к моему столу. Я догадалась — это розы от Олега. Но курьер не уходил. Он показал на небольшой конверт приколотый к цветам и сказал, что ему необходимо получить ответ. Я достала карточку и прочла:
«Прими этот скромный букет в знак моего раскаяния, и прошу, поужинать со мной в четверг в ресторане Claude Monet в 20:00. Столик на двоих уже заказан. Напиши на обратной стороне согласна ты или нет и отдай конверт курьеру».
Ресторан Клод Моне. Один из самых дорогих и пафосных ресторанов Москвы! Да и букет, я бы скромным тоже не назвала. Богатенькому мальчику захотелось немного поиграться? Ну что ж, давай поиграем, а там... будь что будет!
Вместо ответа я нарисовала на чистой стороне улыбающуюся рожицу, вложила карточку в конверт и вручила курьеру.
Я широко улыбалась как моя нарисованная рожица.
Странно, но никаких «санкционных» мер по поводу моей дважды проваленной работы от начальства не последовало. Палыч сидел в своём кабинете, несколько раз отлучаясь по делам, но проходя мимо, даже не смотрел в мою сторону. Зато взгляд Вероники то и дело метал молнии. Я видела, с какой завистью она смотрела на мой букет, и за весь день не произнесла ни слова.
Если бы вы знали, с каким нетерпением я ждала четверга! Я набралась наглости, и накануне, в среду, зашла в кабинет к начальнику отпроситься на завтрашний день. Но помня о своих промахах, даже не надеялась на положительный результат. К моему изумлению, Палыч, чуть ли не радостно закивал головой:
— Конечно, конечно, отдохни дорогая!
Отдохни дорогая?! Что это с ним случилось?! Ай, да всё равно! Главное, что выходной день был в кармане!
Я стояла перед шкафом, один за одним отвергая наряды. Я уже начинала злиться, потому что перемерив почти весь гардероб, я так ничего и не выбрала, как внезапно, вспомнила про давно забытое чёрное платье, из той, прежней, американской жизни. Я надевала его всего один единственный раз на вечеринку по случаю Рождества, но мой бывший муженёк так недовольно скривился, увидев меня в нём, что я благополучно забросила платье куда по — дальше.
Интересно, влезу ли я в него сейчас, ведь прошло столько лет с тех пор, тем более, я родила...
Влезла! И смотрелась в нём просто — манифик!
Платье сидело на моей фигуре как влитое. Длина до середины колена, рукав три четверти и глубокий вырез лодочкой, который не предполагал бра. Именно этот вырез так не понравился моему бывшему мужу. Тем не менее, платье нельзя было назвать слишком откровенным, скорее — сексуально сдержанным.
