Приподнял мое лицо за подбородок, заставив смотреть прямо в потемневшую зелень его глаз.
– Я не умею плавать, Марик, – сразу предупредила. – А в тебе я неумолимо тону.
– Я научу, – серьёзно ответил он.
– И потом не оставишь одну? Когда я буду далеко от берега?
– Легче отгрызть себе что-нибудь, чем расстаться с тобой, – хмыкнул парень, снова обняв. Я удобно устроилась на нем. – Поспишь сегодня у меня? Нет, – нахмурился, играясь с моими мокрыми прядями. – Хочу всегда ложиться и просыпаться с тобой. Один день, один раз – мало, слишком мало. Мне кажется, и всей жизни не хватит, чтобы насытиться тобой.
– Ладно, – счастливо улыбаясь, кивнула. – Только взамен я требую, чтобы ты честно ответил на все мои вопросы. Идет?
Марк развернул меня так, что я оказалась сидящей на… скажем, на его ногах. Попыталась оттолкнуть его, но он притянул меня ближе.
– Значит, ты у нас научилась шантажировать? – мурлыкнул мне в самое ухо, опаляя горячим дыханием кожу. Его рука погладила мое колено и двинулась вверх по бедру.
– Это не шантаж, а равноценный обмен! – не согласилась я, останавливая шаловливую ладонь.
– Нет, наглое и вопиющее вымогательство информации у бедного меня, – его зубы прошлись по моему подбородку, прикусили нижнюю губу, чтобы после зализать след.
– Бедный ты?! – возмутилась я. – Да ты просто халявщик и экономщик! Может, еще генетический тест проведем? У тебя стопроцентно в предках евреи.
– Я могу и обидеться, – хохотнул Марк.
– А я могу и передумать, – парировала и лукаво протянула: – Твои секреты или я? Решай скорее. Считаю до трех.
– Полина…
– Один, – чмокнула недовольного Марика в шею. Во мне внезапно вспыхнул азарт. Смогу уломать или нет?
– Ты чудовище, – простонал он.
– Два, – скользнула по его груди вниз, до живота и спустилась чуть ниже, к самой кромке резинки боксер.
Парень выпустил сквозь стиснутые зубы струю воздуха и прошипел:
– Твоя взяла. Согласен.
– Что ты делаешь? – меня обняли со спины. – Молоко греешь? Зачем?
– Для тебя, – выбравшись из кольца его рук, выключила плиту и перелила горячий напиток из плошки, добавила мед. – Достань масло из холодильника.
Марк выполнил поручение, но когда вручила ему дымящуюся чашку с целебным "зельем", поморщился и запротестовал:
– Я здоров как никогда. Честно.
– А с каких пор температура – показатель здоровья? – скептически приподняла бровь.
– Хочешь, докажу? – он понизил голос и подался вперед, готовый на новые подвиги.
– Конечно, – мило улыбнулась. – Я уже подготовила список вопросов, на которые ты можешь здорово ответить.
Парень сразу же сник. Тяжело вздохнул и, забрав молоко, сделал несколько глотков:
– Ты такая скучная, Поля.
– А ты такой хитрый. Идем ужинать. – Попыталась пройти к кухонному островку, но Марик оказался проворнее. Неуловимо быстро прижал меня к подоконнику и, склонившись к уху, прошептал:
– Ужинать? Если только моим ужином будешь ты. Хочу тебя и на обед, и на завтрак, и на полдник, и сейчас как самый лакомый десерт.
Его голодный взгляд обжигал. Касался моей кожи, проникая не то что под плоть – впечатывался в душу клеймом. А хаотичные, нетерпеливые поглаживания моей моей спины, бедер, снова талии заражали огнем, который распространился по всему телу с волной удовольствия, едва губы Марка прижались к моим.
Это действие сложно назвать поцелуем. Просто контакт. Он стоял, дыша моим воздухом, а я его – со вкусом меда и чего-то запретного, но не менее сладкого. Притягательного и волнующего.
– Черт! – быстрый, крышесносный теперь уже поцелуй. – Почему ты настолько вкусная, моя девочка? Тебя будто всю посыпали сахарной пудрой. С ума схожу…
Языком проводит по моей шее, несильно кусает чувствительное местечко. Я громко ахаю и сжимаю руки на его предплечьях.
– Попробуешь? Сахарная, – вернулся к моему рту и толкнулся внутрь наглым языком.
***
Мы вернулись к разговору лишь спустя час. Убрали учиненный беспорядок на кухне, потом спешно поужинали остывшей гречкой, которую нам обоим было лень разогревать, а затем поднялись в комнату Марика. Но когда шаловливые руки решили залезть под мои домашние шорты, несильно шлепнула по одной из них и демонстративно отсела подальше. К счастью, широкая кровать позволяла.
– Сначала вопросы, – непреклонно напомнила. – Забыл?
– Забудешь подобный облом, – он перебрался ко мне и обнял, притянув к своей груди. – Задавай, маленькая шантажистка.
В очередной раз за короткий промежуток времени глупо улыбнулась. Точнее, я, кажется, вообще не прекращала улыбаться. Скулы болели. Губы тоже немного ныли – это уже Марк перестарался.
Я поерзала, удобнее устроившись на парне. Тот что-то прошипел под нос, но на мой немой взгляд покачал головой, мол, все хорошо. Мысленно пожав плечами, переплела наши пальцы и спросила:
– Что за дела у тебя с Гошей?
– Не знаю, что у него, но у меня никаких дел с ним нет, – ленивым тоном протянул он, скалясь.
Я нахмурилась, недовольная ответом, и продолжила:
– Ладно. Какие у него с тобой дела? – и прежде чем он снова начнет увиливать, пригрозила: – Еще один подобный ответ и будешь спать в обнимку с подушкой.
