Марик дрался. Жестко. Но исход драки был предрешен в любом случае – два крупных мужика на одного, он бы в конце концов не выстоял. Самое страшное: у них могло быть оружие. От этой мысли мне стало плохо, и я стиснула в ладонях перцовый баллончик. Подошла чуть ближе к дерущимся и без жалости нажала на клапан, распыляя жгучий газ прямо в глаза одного из мерзавцев. Мужик закричал, держась за лицо и падая на стылую землю, а я сделала испуганно несколько шагов назад. Вовремя. Второй хотел наброситься на меня, но его вырубил несколькими точными ударами злющий Марик.
– Ты чокнутая! – прорычал он, хватая меня за руку и таща к машине, пока наемники не пришли в себя. – Совершенно сумасшедшая… Твою мать, Полина! Я тебя придушу собственноручно! Какого черта ты полезла?! Что я тебе сказал делать?!
Меня трясло. От облегчения, страха, и от осознания, что все получилось. Несмотря на ярость, парень мягко посадил в "ауди", запрыгнул сам, и мы буквально полетели. Никогда не ездила на подобной скорости! Кажется, нас ждет целая охапка штрафов… Хорошо хоть дороги были полупустые.
– Черт! Ты чем думала?! Охренеть просто… – Марк шипел без остановки, и я в итоге не выдержала:
– О том, чтобы помочь твоей заднице выбраться! Не тупи, пожалуйста. Ты бы мог уйти, зная, что мне будет плохо? Вот и я не смогла! А ты самоуверенный идиот, которому явно жить надоело!
– А если бы я не успел? А, Поля? – он меня обжег злым взглядом. – Кто из нас более самоуверенный? Я, который понимал, на что иду, или ты, полезшая в тыл с треклятой перцовкой?!
– Мы оба, – уже более спокойно отозвалась я. – И давай забудем это?
– Забудем? Поля… – Марик, не взирая на то, что его сбитые костяшек кровоточили, закрылся ладонью в русые волосы. Выдохнул. – Полинка… моя ненормальная храбрая девочка. Не знаю, чего мне хочется больше – придушить тебя или поцеловать.
– Аналогично, – я встревоженно оглядела его – губа немного распухла, на щеке наливается синяк. Надо было и во второго урода прыснуть перцовкой! И пнуть напоследок. – Не болит?
Он неопределенно пожал плечами, чуть поморщившись, коснулся скулы и отмахнулся:
– До свадьбы заживает.
Дома я заставила снять с Марка всю одежду, кроме белья, чтобы удостовериться в том, что он от меня не скрывает ушибы. Он не хотел и раздевался с большой неохотой.
– Знаешь, как ты меня бесишь? Ужасно. Просто дико! Топай в душ, а я пока пойду за аптечкой.
– Боже, Поля, – он закатил глаза. – Это всего лишь синяки! Сами сойдут.
Сами пройдут, ага! Те ублюдки били жестко и то, что он с подросткового возраста занимался борьбой, спасло от более серьезных последствий.
– Ну, или я тебя раньше прикопаю, – мрачно добавила. – Будешь прекрасным удобрением для моих роз.
Марик неожиданно рассмеялся.
– Какая ты кровожадная, – крепко обнял, не давая выбраться. – Люблю тебя.
Приподнял мое лицо, одной рукой обхватил за подбородок, а второй за шею.
– А я, к сожалению, тебя, – со вздохом призналась я, привычно запуская свои пальцы в его немного жестковатые волосы.
Несколько очень долгих секунд мы яростно целовались. Без толики нежности, но со страстью, со всеми эмоциями, которые в нас накопились.
– Поедешь со мной кое-куда? – спросил Марк, чуть отстраняясь. – Где мы будем только вдвоем. Ты и я.
При всем моем желании я бы не смогла найти для него "нет". Не сейчас, когда кожа горит от его прикосновений, не сегодня, когда он поставил на кон свою жизнь, лишь бы я не пострадала. На все его просьбы я дала бы безоговорочное согласие. С ним – хоть на край мира, в Ад, в самое пекло.
– Поеду.
Его губы снова накрыли мои, и очередная волна удовольствия захлестнула меня с головой. Только с ним так – ярко настолько, что даже зажмурив глаза, я вижу взрывающеся сверхновой звезды, сладко настолько, что я боюсь оглохнуть и ослепнуть от чувств.
– Тогда собирай вещи, – выдохнул парень, спускаясь поцелуями на шею. – Мы полетим отдыхать. Очень далеко отсюда.
– Стой… – я оттолкнула его. – А как же дела? И нападение, Марк. Мы не можем так все оставить!
– Можем. Доверься мне, – снова жаркий поцелуй, и я теряю не то что слова протеста, но и свое имя. – Отдохнем недельку. А потом снова в этот сумасшедший водоворот.
– Но…
– Я устал, Поль. И просто доверься мне, хорошо?
Он умел убеждать, и я сама не заметила, как вечером начала собирать вещи под его чутким руководством. Марик меня поставил перед фактом: ранним утром самолет, мои возражения не принимаются, и он меня может потащить и связанной на борт.
– Ладно. Едем. Но а как же те подонки? Мы должны сообщить хотя бы в полицию…
– С нашими доброжелателями разберутся, не волнуйся, – заверил меня и, сверкнув хитрой улыбкой, плавно сменил тему: – Покажешь купальник?
– Не знаю. Дай подумать… Нет!
– Злючка. А если я скажу волшебное слово?
Я прищурилась:
– И какое? "Хочу"?
– Не, ну не такой же я эгоист. Я знаю и "куплю тебе собаку".
Что? Мне послышалось, или он действительно…
– Ты играешь нечестно!
– А кто сказал, что я буду честным? – усмехнулся он, поднимаясь с постели. – Нет так нет. Все равно скоро увижу.
***
