Хейз:
Ромео:
Ривер:
Ромео:
Мои уведомления начали сходить с ума сразу после окончания звонка, и я кликнул на экран, чтобы увидеть, как Лео снова несет чушь. Сообщения хлынули потоком – люди писали, что поддерживают меня и надеются, что я заставлю его заткнуться.
В верхней части экрана появилась новость, и я сразу открыл её.
Челюсть отвисла, когда я прочитал заголовок.
Шесть женщин подали жалобы на Ронни Уотерстоуна.
Я не был удивлен, что он натворил такое с другими, как и с Деми, но меня поразило, что они решились заявить об этом. Особенно учитывая, кто его семья. Даже отец Деми не хотел выступать против них. Но, видимо, осознав, что они не одни, и что Ронни был публично разоблачен за то, что сделал с Деми, эти женщины нашли в себе силы заговорить.
Я был чертовски горд за неё.
Его семья пока никак не прокомментировала ситуацию, но я надеялся, что его мир скоро рухнет.
Дверь распахнулась, и я быстро убрал телефон в задний карман. Глаза Деми были заплаканными, но на лице была улыбка. Вся злость из-за боя, вся ярость к Ронни исчезли, когда я встретился с её взглядом.
— Эй, ты в порядке? — спросил я, подходя к ней.
— Да. Могу попросить тебя об огромной услуге?
— Говори, — сказал я.
— Зайди со мной. Слэйд хочет поговорить с тобой.
Нет ничего, чего бы я не сделал для этой девушки. Но этого момента я ждал меньше всего.
Я кивнул и взял её за руку.
Потому что если ей это нужно, я всегда скажу «да».
. . .
Глава 24
Деми
Моя рука была в руке Ромео, и я чувствовала, как напряжение буквально исходит от его плеч. Но он согласился зайти внутрь со мной.
Он мог бы сказать "нет", и я бы это поняла и приняла. Но он сказал "да".
Я бы не просила его пойти, если бы считала, что это нужно только Слэйду. Мой брат потерял право быть моим главным приоритетом, хотя я всё ещё была готова поддержать его. Но этот разговор мог быть полезен и для Ромео.
Я не стала ничего объяснять, просто привела его в комнату, где нас ждали Слэйд и доктор Шварц. Последние девяносто минут я провела здесь, разговаривая с братом, выкладывая всё, что копила внутри. Доктор Шварц сказала, что секреты только усугубляют ситуацию, и наша семья была полна секретов.
И она оказалась права. Потому что сегодня между мной и братом, кажется, наметился небольшой прогресс.
Я постучала в дверь и завела Ромео внутрь.
И Слэйд, и его терапевт выглядели удивлёнными, что мой парень согласился присоединиться. Я сказала им, что, скорее всего, он не захочет этого делать, но я всё равно спрошу. И мне даже не пришлось объяснять – я просто сказала, что мне нужна помощь, и он без колебаний согласился.
Я подошла к дивану и жестом предложила Ромео сесть рядом.
— Спасибо, что присоединились к нам, Ромео. Мы обычно не приглашаем тех, кто почти не знает Слэйда, но с учётом того, что сегодня было раскрыто, и того, что вы поддерживаете Деми, я считаю это уместным.
— Хорошо, — Ромео прочистил горло. — Я здесь, потому что этого хочет Деми, и ни по какой другой причине.
Доктор Шварц кивнула.
— Это справедливо, учитывая всё, что было сказано сегодня. Но независимо от ваших мотивов, хочу, чтобы вы знали – мы ценим это.
Слэйд посмотрел на меня из кресла напротив, затем его взгляд переместился на Ромео.
— Сегодня я узнал, что правда выплыла на поверхность, и, знаете, это даже облегчение, — сказал он.
Мой брат сделал глоток из бутылки с водой. Выглядел он неплохо, надо признать. Трезвость ему шла. Правда, она никогда не длилась долго. Но, может, сегодня мы сделали шаг вперёд.
Я на это надеялась.
— Я носил это в себе столько лет, Ромео. Это ужасное, что я сделал тогда... Черт, — сказал Слэйд, проводя руками по лицу.
— Никаких недомолвок, — добавила доктор Шварц. — Он здесь, он готов слушать, хотя не обязан тратить на это своё время. У тебя есть шанс сказать всё, что у тебя на душе.
