Девушка стушевалась. Весь запал гнева как-то сразу поутих. Наблюдая за счастливым мужчиной, Маша почувствовала гордость и радость. Но тут же попыталась стряхнуть с себя эти эмоции.
— Где у тебя кроватка?
— В спальне, рядом с моей кроватью.
Павел прошел в соседнюю спальню, поморщился увидев простенькую деревянную кроватку, и аккуратно положил малыша. Мария направилась на кухню, поставила на плиту чайник. Паша вскоре присоединился. Его не очень обрадовало, увиденное. Бедная обстановка, дешевая мебель. Единственным плюсом была чистота и аккуратность. Желание увезти сына к себе только усилилось.
— Это не твои хоромы, — усмехнулась Мария, заметив брезгливый взгляд Маши.
— Согласен, не мои.
— Катя рассказала?
— А должна была ты.
— Я тебе ничего не должна, — огрызнулась девушка. — Кроме денег за ипотеку.
— Не нужны мне твои деньги. Это в качестве извинения за моё поведение в тот день, когда накричал. Нужно было выслушать тебя. Но я так психанул. Напридумал чего нет, накрутил себя. Прости.
— Хорошо.
— Марусь, может попытаемся снова наладить наши отношения?
Перед глазами девушки всплыло фото обнимающегося Павла с красавицей Ангелиной на открытии ресторана. Он девять месяцев о ней не вспоминал. Завел новый роман. Он что ради сына предлагает создать видимость семьи? Как это унизительно. Мария понимала, что не сможет выносить холодность Павла. Это к Игорю она была равнодушна, но не к Паше. А если ему надоест эта иллюзия? И он заведет себе любовницу. Она же с ума сойдет.
— Паш, всё в прошлом.
Мужчина напрягся. Маша до сих пор обижена. Что ж придется найти другие подходы к малышке.
— Тогда поговорим о сыне.
— Хорошо. Раз ты узнал, я не против того, чтобы вы виделись.
— Нет. Этого недостаточно.
— В смысле?
— Вы с сыном переезжаете ко мне в Москву.
— Что? — разозлилась девушка.
— Я тебе даю неделю, чтобы собрать основные вещи. Всё не бери. В Москве остальное купишь.
— Я никуда не поеду. Здесь мой дом.
— Маша, и на какие деньги ты собираешься жить? На декретные? Что ты можешь себе позволить на эти несчастные гроши?
Маша с недоумением смотрела на Павла. Куда делся тот обходительный парень, который угощал её в Сочи наивкуснейшими морепродуктами? Который дарил наипрекраснейшие цветы? Который подарил ей незабываемые ночи любви? Видимо, это всё была маска. Сейчас перед ней стоял диктатор, эгоист. Видимо это и есть настоящий Павел.
— А это тебя не касается, — разобиделась девушка, — волнуйся лучше о своей девушке, — в сердцах кинула Мария, снова вспомнив злосчастное фото.
— Что за ерунду ты несешь? — начал злиться Паша.
Девушка надула губы и отвернулась. На глазах наворачивались слезы. Он что смеётся над ней? Делает из неё дурочку? Думает, что она соц. сети не читает? Да, в последнее время она действительно не интересовалась никакими новостями. Но это не значит, что она не в курсе его личной жизни.
— Маша, у тебя неделя.
— Нет.
Мужчина сжал челюсть так, что заходили желваки. Что за упрямица? Раз не хочет по-хорошему…
— Если ты не переедешь, я отзову выгодный контракт. И тогда Ваша фирма обанкротится. Думаешь, я ничего не знал о положении вещей в вашей фирме?
Маша повернулась лицом к Павлу с испуганными глазами.
— Мы будем судиться. Ты потеряешь кучу денег.
Мужчина зло засмеялся.
— Ты серьёзно считаешь, что ваши юристы с окладом в двадцать тысяч рублей смогут противостоять моим высокооплачиваемым акулам из адвокатской конторы? Это все-равно, что щенки дворняжки против волкодавов. Шансов нет.
— Владимир Сергеевич что-нибудь придумает. Кроме тебя у нас много других заказчиков.
— Даже если твой обожаемый Владимир Сергеевич выплывет, я все-равно его раздавлю. И никаких декретных тебе не светит, даже копеечных. Ты поняла?! — распылялся мужчина.
— Ты не посмеешь.
— Ещё как посмею, дорогуша. Ты даже не представляешь, на что я посмел в этой жизни, когда строил свою империю. Твоя фирма для меня ничто.
— Не верю тебе, — до последнего девушка цеплялась за соломинку свободы.
— А ты поверь! И не советую проверять меня. Тебе не понравится. Пожалуй, я передумал. Тебе два дня на сборы. И один потрать на заявление об увольнении. На работу ты в эту шарашкину контору больше не вернешься, — процедил мужчина, развернулся и вышел из квартиры.
Маша села на стул и уронила голову на руки. Что это сейчас было? Кто этот человек? Оказывается, она совершенно его не знала. Как же быть? Как она с таким тираном будет жить?
