Ответ на вопрос номер один — сангвиник. Что тут сказать? Своего супруга она всегда считала флегматиком. Но сам он вполне мог считать себя сангвиником. Более того, он мог им и быть. Это как посмотреть. Вполне возможно, что он прошел какой-нибудь дурацкий тест, и тест этот определил ему по какой-то системе именно такой темперамент. Тогда все сходится и он действительно сангвиник, хотя она про это, как ни смешно звучит, узнала после двадцати лет семейной жизни. Могло такое быть? Вполне могло.
Ответ на вопрос номер два — в Турции. Ответ вроде бы тоже правильный. И тоже все сходится. Летом в Турции отдыхают все. Или почти все. Ну, кроме тех, кто отдыхает в Египте. Надо было уточнить, где именно в Турции. Хотя Ольга и сама довольно смутно помнила, где именно они отдыхали. В Измире что ли? А может, и не в Измире. А спросить было не у кого. Ведь если это супруг, то он может удивиться синхронности вопросов в виртуале и реале.
Ну ладно, проехали. Теперь ответ на вопрос номер три — лучшего друга зовут Гоша. Теоретически Юра — иногда Гоша. Но, насколько Ольга помнила, Андрей своего друга никогда так не называл. Однако она же не знала их с детства. Вполне возможно, что тогда они называли друг друга и не так, как зовут сейчас.
ИщуЖену
Ты на фото в очках такая сексуальная)))))
Жюли
Спасибо на добром слове
Но самое-то забавное, что, оказывается, такие же вопросы она задавала ему тогда, в начале переписки, когда оба решили, что будет куда лучше общаться лично, чем в личном кабинете «этой помойки», как называл тот, виртуальный Андрей, сайт знакомств.
И наконец если Андрей знает, что переписывается со мной, он мог и приврать, подумала Ольга. Интересно, знает он или только догадывается? И вообще, он ли это?
Словом, как выяснилось, ничего не выяснилось. Ольга открыла письмо и подумала, стоит ли придумать еще один тест. Покрутила мысль так и этак и… отмела, как бесперспективную. Это выглядело бы совсем глупо и вдвойне подозрительно.
Утро в редакции было по-рабочему бодрым, и от пушкинской романтики не осталось и следа. В кабинет ворвался гордый Юрий, окрыленный новой идеей. Андрей посмотрел на него и вздохнул. Юрий уже покаялся, что проболтался жене о виртуальном романе. При этом не испытывая ни капли стыда. Он вообще не сильно страдал угрызениями совести. А если быть точным, так и вовсе не страдал.
— Старик, что я придумал! — заявил Юра сходу. — Просто гипер-идея! Тебе понравится, я уверен!
— Ну что еще? — пробурчал Андрей. — Твои идеи просто супер бывают… Лучше бы при жене язык не распускал, балабол.
— Если ты не можешь ее спросить в реале, — широко улыбнулся Юрий, — то наоборот, спроси ее в вирте! Напиши ей честное и открытое письмо.
— Уже думал, — вздохнул Андрей. — Но откуда я могу знать, что она будет со мной откровенна?
— Сам будь откровенен! — предложил Юрий. — Абсолютная откровенность, чистота и открытость! Вот твое страшное термоядерное оружие!
— Например?
— Например, пошли ей свою фотографию. Или даже несколько фотографий.
— Ну нет, — ответил Андрей. — Я бы попросил ее прислать фотографию, но это имело смысл до того, как ты проболтался Веронике. А она, между прочим, вчера Ольге звонила! И думаю, именно по этому поводу.
— И что?
— А то, что теперь она либо не пришлет фотографию вовсе, либо пришлет чужую. По крайней мере я бы на ее месте сделал именно так.
— Во-первых, меня пытали, и я не мог не сказать… — глупо пытался оправдаться Юрий, — а во-вторых, дело не в этом. Ты пойми, Ольга же тоже не на сто процентов уверена, что это именно ты с ней роман крутишь. И, наверное, ей так же трудно начать разговор с тобой.
— И? — не понял Андрей.
— А так ты даешь ей шанс сказать все, при этом ничего не сказав. Давай пиши: «Пришли мне свою фотку». Или нет… Пиши: «Очень хочу увидеть тебя воочию, хотя бы на фотоснимке». Давай, давай стучи по клавиатуре.
