Ольга послушно, как настоящая отличница, мысленно вернулась назад, в те дни, когда только-только согласилась быть женой Андрея. Когда до предсвадебной суеты еще было так далеко.
Акула
Симпатичная… можно даже влюбиться…
Рыжая Лиса
спасибо на добром слове. Можно? Влюбляйся!
Исчез светло-серый салон, исчез ноябрь за окнами, исчезла пробка длиной с километр. Даже воздух, как Ольге показалось, стал чище — должно быть, она мысленно, в самом-то деле, вернулась в невероятно далекий восемьдесят четвертый.
Вернулась не только в далекий уже год. Вернулась в неповторимое, хрупкое, романтическое ощущение, которое окрашивало ожиданием все вокруг в самые яркие цвета, дарило надежду на то, что впереди — прекрасное будущее, светлое и радостное. А вместе с ним пришло и совсем другое чувство: Ольга вспомнила, что каждое прикосновение Андрея, каждое его слово были наполнены для нее куда более глубоким смыслом. Вспомнила, как слово «муж» сладко кружило голову, а ощущение от обручального кольца, тайком надетого на палец, было просто необыкновенно-волшебным. Да и сам вид этого кольца заливал мир вокруг солнечным светом.
Ольга скосила глаза на правую руку. Конечно, кольца на ней не было — перстень из белого золота с сапфиром и эмалью одиноко украшал указательный палец. А то самое, узенькое, не по моде, колечко осталось на дне шкатулки с украшениями, да и не было никакой необходимости даже из соображений корпоративного стиля подчеркивать семейное положение. Иногда это было и вовсе нежелательным.
Сам Лебедев кольца не носил и весьма сурово отчитывал коллег, которые решались спросить его об этом — здесь, дескать, мы все коллеги, и отношения у нас должны быть ровными и бесполыми, направленными исключительно на интересы дела, а вовсе не на удовлетворение своих… э-э-э… иных желаний.
— Все вернуть, говоришь?
Бес промолчал. А вот Ольга, по-прежнему согретая давным-давно забытыми ощущениями, решила, что медлить больше нельзя.
— Напишу ему, прямо сейчас и напишу! Надо что-то с этим делать! Невозможно больше мучиться загадками, копаться в словах, пытаться понять, ревновать или завидовать… Сразу как приеду — напишу!
Ольга нажала «Enter» и встала из-за компьютера.
Андрей вошел в свою квартиру и огляделся.
— Ольга! — закричал он. — Ольга, ты дома??? Оль-га! Ты где?!
Но Ольга не отзывалась.
Андрей заглянул в кухню, в ванную, в спальню, но Ольги нигде не было.
— Вот, блин… — разочарованно протянул он, — все-таки не она… А как все удачно складывалось…
И сел на диван. Но уже буквально через секунду Андрей с облегчением услышал такое знакомое проворачивание ключа в замке. Кто-то вошел в прихожую и замер, прислушиваясь. Стало так тихо, что слышно было, как тикают часы.
— Андрей, — позвала Ольга, — ты дома? Андре-ей! Ты где?!
— А я не насовсем, — ответил Андрей, — буквально на десять минут, я только переодеться.
Тишина разрушилась, и жизнь снова вернулась в квартиру Будниковых.
— У тебя что, свидание скоро? — улыбаясь, спросила Ольга, входя в комнату. — Или ты так, просто заехал переодеться?
— Как ты догадалась? — деланно изумился Андрей. — Только не ревнуй, дорогая! Пожалуйста!
— Так у меня тоже свидание! — махнула рукой Оля. — Так что я тоже переодеваюсь и еду.
— И кто же этот счастливчик? — поинтересовался Андрей. — Я ему прямо завидую черной завистью.
— Да так, один приятный господин, — отстраненно улыбаясь, ответила Ольга, — молодой, ну, чуть старше меня, шестидесятого года. По крайней мере такой вывод можно сделать, если внимательно изучить его электронный адрес. А у тебя с кем свидание?
— С одной робкой девушкой, которая настолько меня боится, что присылает чужие фотографии.
— Почему чужие? — удивилась Ольга. — Хотя сейчас это неважно… Сегодня все неважно, кроме свидания.
— Слушай, — предложил Андрей, — а давай не пойдем на свидание. Все-таки супружеская верность обязывает…
— Ну уж нет. Я на свидание точно пойду, — вновь улыбнулась Ольга. — Мне был обещан романтический ужин. Первый раз за… дай бог памяти, лет пять… А то и все семь.
