Из-за дальнего столика поднялся незнакомый мужчина лет, наверное, пятидесяти и приглашающим жестом показал на стул напротив. Мужчина был лысоват, сутуловат и с небольшим брюшком.
Андрей заметил за столиком у окна ту самую женщину, которую он уже видел на фотографиях. И эта женщина, видимо Ольга, но совершенно другая Ольга, и совсем не та Ольга, которую он ожидал здесь увидеть, улыбалась ему.
Ольга, которая жена, вяло ковыряла ложечкой в менажнице с фруктовым салатом.
— Честное слово, в жизни вы еще красивее, чем на фотографии… — сказал сидящий напротив Андрей. Только это был не тот Андрей. Не муж.
Таинственный герой
… глаза у тебя усталые — от излишней радости, что ли… а глаза хорошие…
Мечта Мужчины
усталые, это да… работаю много… потому и усталые…
— Ну что вы…
— Да, вы очень красивы, Ольга, — продолжил друг по переписке. — Я даже слегка смущен. Ольга, что вы будете пить? Я посмотрел в меню, есть довольно недурное чилийское. Или, может, лучше грузинское вино? Или вы предпочитаете отечественные вина?
— Пить? — неуверенно спросила Ольга. — Не знаю… Да не буду я пить, я же за рулем. Хотя хочется водки.
— …Ольга я так рад, что вы пришли. До сих пор не верится… Вы увлекаетесь музыкой? Я имею в виду оперу? Знаете, Ольга, если вас интересует — у меня есть две контрамарки на великого…
Он продолжал говорить, но Ольга его не слушала. Она припомнила одно из писем.
«Ну да, — подумала Ольга, — экономист… Можно было понять сразу и не устраивать этого идиотского свидания и этой дурацкой игры в кошки-мышки с супругом. Как же я раньше-то не сопоставила? Черт, до чего же неудобно вышло. И что теперь делать? Вот главный вопрос…»
— Оля, вы чем-то расстроены? — донеслось до нее, словно из тумана. — Надеюсь, причина не во мне?
— Нет, что вы! То есть — да… — грустно ответила Ольга. — О Господи! Я забыла выключить утюг! …Мне надо ехать.
— Поехали, — вскочил мужчина. — Я как раз на машине. Мигом вернемся обратно.
— …Не надо, у меня своя машина.
— Тогда, Ольга, — с надеждой сказал он, — я вас подожду здесь. Если вы, конечно, не против. Хорошо?
— Хорошо. Хотя… — вздохнула Ольга, — знаете, ждать меня тоже не надо. Я не вернусь… Я наврала про утюг. Извините.
Ольга встала и взяла пальто. Мужчина тоже встал и молча помог ей одеться.
— Можно один вопрос? — грустно спросила Ольга. — Что такое Баас? Ну, ваш адрес — баас, 60, собака…
— Баас — это моя фамилия. 60 — год рождения… — вздохнул мужчина. — Фамилия, в принципе, довольно странная, но она имеет свои корни… Хотя какое это имеет сейчас значение… А что?
— Ничего, — ответила Ольга. — Ради бога, извините меня. Еще раз извините. И…
Она махнула рукой и пошла к выходу из ресторана.
А в это время на другом конце города Андрей так же, как и Ольга, вяло копался в сложном салате, правда, без сливок и шоколада. Хотелось курить, но, как назло, новая знакомая заняла столик в зале для некурящих. И тоже припоминал свою переписку.
— А вы знаете, я вас таким и представляла… — робко заметила новая знакомая. — Ну, почти таким.
«М-да, тяжело быть идиотом, — подумал Андрей. — А также дебилом, ослом, придурком и дауном».
— Солидный и симпатичный, творческий человек — продолжала Ольга, хотя и не та Ольга. — Знаете, я раньше не обращала внимания на мужчин, что называется солидных. Но однажды я познакомилась с одним очень известным композитором, к сожалению, не могу назвать его фамилию, так вот он…
«…А еще тяжело кретинам, дуракам, и вообще людям суще-глупым, как сказал бы классик», — продолжил самоуничтожение Андрей.
— Андрей, а что вы такой грустный? — поинтересовалась неправильная Ольга. — У вас что-то случилось?
— Нет, — ответил Андрей вставая. — Пойду я, пожалуй. Всего доброго и удачи вам.
— В смысле? Куда же вы, Андрей? Мы же только-только увиделись…
