— Что «чего»?! — переспросил с возмущением Юрий. — Ты приперся ни свет ни заря. Хотя раньше к десяти только-только раздуплялся. И завтрак у тебя, судя по бумажному пакетику с характерным ароматом, из фастфуда, а не из дома, приготовленный заботливыми женскими ручками. Неужели кризис среднего возраста лишает героя радости домашней еды? Или… О Господи, меня осенило. Я понял, что с тобой в последнее время не так. Ты, брат, любовницу завел! Это ты молодец. Это правильно. И вообще, давно пора уже!..
Андрей, досадливо смяв упаковку от гамбургера и стаканчик из-под кофе, отправил их в корзину под столом. Как всегда, промазал и от этого еще больше разозлился. Попытался оправдаться, но…
«Хотел как лучше, а вышло как всегда…» Ох, как метко сказал господин Черномырдин!
— Ехал вот, увидел рекламу… На бил-борде. Ну, и повелся, в общем, — неубедительно лепетал он.
— И как, вкусно? И полезно, наверное? — продолжил пытку Юрий. — А главное — питательно.
— Нет. Совершенно не вкусно, если честно… — разозлился Андрей. — Доволен? Теперь отстанешь? А с чего ты вообще заинтересовался моими гастрономическими предпочтениями? Завидно? Так если бы я знал, что ты вот-вот появишься, взял бы двойную порцию и тебя бы угостил! А так, извини пожалуйста, все сам сожрал!
После этой тирады Андрей демонстративно рухнул в кресло, уставился в монитор и некоторое время злобно пыхтел. Юра посмотрел на него с сочувствием и, вздохнув, продолжил:
— Да-а, случай с тобой, коллега, серьезный. Нервы у тебя вовсе ни к черту…
К счастью, лучший друг Андрея, Юра Трофименко, был совершенно не обидчив. Более того, он еще минуту смотрел на покрасневшего коллегу и, помедлив, все-таки спросил:
— Слушай, дружище. А что, если… Хотя, наверное, нет… Да нет, ничего…
— Ну, говори уж, раз начал! — еще больше разозлился Андрей. — Не нуди, знаешь же, я этого терпеть не могу!
— Да такое… Не напрягайся.
— Что ты, как девочка, ломаешься?! Говори давай.
— Короче. Без обид… — отчего-то смутившись, все-таки продолжил Юрий. — Есть у меня одна массажистка знакомая…
Юрий очень любил свою жену. Дочку он тоже любил, очень и очень. А сынишку, младшенького, Ванечку, и вовсе обожал. Был у него еще старший сын, Василий. Он служил на Дальнем Востоке, штурманом флагмана Тихоокеанского флота, крейсера «Варяг». Его Юрий тоже любил, хотя и видел крайне редко.
Однако полигамия ему, как и любому самцу, была весьма и весьма присуща. До такой степени, что хотелось ему практически любую особь женского пола, появившуюся в его поле зрения.
Однако опыт, годы и интуиция бабника и ловеласа заставили его выработать несколько правил, здорово облегчающих ему жизнь. Бросался он только на тех, кто не мог нанести серьезного урона его семейной идиллии. То есть: никаких служебных романов, никаких подружек, а тем более родственниц супруги, никаких публичных променадов. Да и жена должна быть удовлетворена как минимум два раза в неделю. Что при его уровне тестостерона особого труда не составляло. Таким образом, в круг его интересов попадали в основном массажистки, девочки по вызову, ни на что не претендующие дамы с различных сайтов знакомств, ну, и так, по мелочи — официантки, медсестры в санатории… Одним словом, никого, кто может зацепить всерьез и надолго. Кроме того, никаких романтических походов в общественные места, никаких серенад и долгих отношений. Ресторан за городом — вино — койка — душ — такси — домой. После чего на звонки не отвечать, СМС сразу стирать, письма удалять от греха подальше. И, конечно же, никакого второго раза. Ну, а если второй раз все-таки произошел, то третьего раза точно быть не должно. Случались, конечно, и на опытную старуху несколько серьезных прорух. Но об этом речь пойдет дальше.
— Есть у меня одна массажистка знакомая… — задумчиво произнес Юрий. — А у нее есть подружка… Вернее, коллега. Обе — конфетки. Обслужат тебя с моими скидками как по двойному тарифу! А у меня — почти шара. Дать телефончик? Хотя могу и компанию составить. Ну, не в смысле, что все вместе, а в смысле, что я к одной, а ты к другой. Ну, ты понял…
— Нет, Юр, спасибо… — успокоился и даже улыбнулся Андрей, поняв, что друг ему желает добра, пусть и на свой лад. — У меня с этим все нормально. Честно, все нормально… И даже очень нормально. В общем, не волнуйся.
Последние слова было откровенным враньем. Не было у Андрея «с этим» ничего нормального. А было «это» редко и все реже и реже. Но признаться в подобном даже себе самому, увидеть, что это ненормально, Андрей не мог. Да и, в конце концов, кто может определить, что «нормально» в таком тонком деле? Люди разные, темпераменты разные… Да, можно, не сходя с места, привести еще сто пятьдесят оправданий, лишь бы не признавать, что с «этим» проблемы.
