Чувствую себя пьяным. Не просто пьяным, бухим. Снимаю рубашку и отбрасываю, делаю шаг, протягиваю руку. Ее волосы подняты и скручены на затылке в тугой жгут.
Медленно, по одной достаю шпильки, пока тяжелая волна не падает мне в руки. И я зарываюсь в них лицом.
Они так же пахнут, как и раньше. И такие же шелковые и упругие на ощупь. Вдыхаю охуенный аромат, втягиваю носом, и как со стороны слышу собственное звериное рычание.
— Что... Что ты делаешь, Демьян? — спрашивает Ангелина дрогнувшим голосом.
«Люблю тебя»
Чуть не вырывается, успеваю затолкать обратно в последний момент.
Не люблю, а хочу.
Хватит уже размазывать сопли, особенно перед ней. И так по ходу хватает.
Разворачиваю за плечи, Ангелина инстинктивно прикрывает руками грудь. Неужели она ничего не видит и не понимает?
Впиваюсь в нее ртом и встречаю ожесточенное сопротивление.
Ангелина упирается руками в грудь, яростно уворачивается.
— Нет, Демьян, нет. Мы так не договаривались!
— Мы никак не договаривались, — повторяю попытку, но она снова уворачивается от моих губ.
— Я не хочу, — мотает головой, — не хочу с тобой целоваться.
— А я хочу.
От близости ее голого тела пах распирает, и в области солнечного сплетения тоже распирает. Кажется, сейчас взорвется нахер все.
— Я же шлюха. А у тебя жена есть. Ее целуй.
Отодвигаю девчонку, заглядываю в лицо. И спрашиваю, охуевая от догадки:
— Ты что ревнуешь, Ангел?
Она с силой толкает. Шипит, раскрасневшись от злости:
— Ты трахаться разучился, Каренин? Я не останусь ни на одну лишнюю секунду, будешь себя рукой удовлетворять.
— Ты хотела сказать, додрачивать? — скалюсь и упираюсь лбом в трогательно хрупкое плечо. — Нашла чем пугать. Это мой ежедневный секс.
Она замолкает удивленно. Если не сказать, шокировано.
Беру ее лицо в руки и говорю, сам от себя охуевая.
— Я не люблю Риту, Ангелина. И никогда не любил. И на деньги мне было похуй. Я на ней женился тебе назло. Поняла? Это была ебаная месть.
— Зачем ты мне это говоришь? — она бормочет и пытается вырваться. Не пускаю.
— Чтобы ты знала.
— Мне все равно.
— Мне тоже.
Прокручивается в моих руках, ее тугая попка трется о набухший член. Перед глазами изящная шея, скрытая гривой волос.
Отвожу их в сторону, перебрасываю на плечо. Трусь небритой щекой о шею, провожу языком. Прикусываю нежную кожу на спине.
Не для того, чтобы ее возбудить. А чтобы вспомнить.
Захватываю локтем за шею, притягиваю к себе. Вторую руку кладу на гладкий лобок.
— Ты думала, что я сыграю в благородство, когда шла сюда? Увижу тебя такую холодную и неприступную и откажусь?
Пальцами раздвигаю набухшие складки и накрываю горячее лоно рукой.
— Нет, Ангел, я не откажусь. Я три года этого хотел, три ебучих года. И когда после операции колодой лежал, только на тебя дрочил.
— Когда жену трахал, тоже обо мне думал? — она хватается обеими руками за локоть, пробуя его отодрать. А я снова скалюсь как ненормальный. И делаю пальцами круг, размазывая влагу.
Она течет. Течет мне на руку.
Я и мечтать об этом не мог.
— Всегда, — расстегиваю брюки, член сам выпрыгивает из расстегнутой ширинки. Зубами разрываю фольгу презерватива и раскатываю латекс по всей длине.
— Зачем ты все время врешь? — она снова шипит и уворачивается от моих разгоряченных сухих губ.
— Это правда, Ангелина, — говорю и толкаюсь вместе с ней к стене. Наклоняю вперед, Приставляю член к мокрому от соков входу. — Хоть она нахуй тебе не нужна, эта правда.
— Не нужна, — мотает она головой.
— Сссука, — шиплю, потому что уже в ней.
В узкой, мокрой. Охуенной.
Вошел одним толчком. Она вскрикивает и взвивается.
— Как тебя Артур трахает, такую узкую? — упираюсь одной рукой в стену, второй держу за бедро Ангелину.
— Не твое дело, — огрызается она. Вколачиваюсь членом так, что она на нем подпрыгивает.
— Мое, Ангел. Мое.
Она молчит, занята тем, чтобы сдерживать стоны.
Вот сучка. Приподнимаю за бедра и ритмично вбиваюсь в тесную шелковистую девчонку.
Это ебучий Космос, люди.
Чувствую приближение оргазма, и ставлю Ангелину на пол, не вынимая из нее члена. Нахожу пальцем клитор и заставляю ее кончить, быстро догоняя в финале.
И когда из меня толчками выстреливает сперма, приходит в голову, что это наш первый полноценный секс с Ангелиной. Когда я не в долбанной коляске, а на своих ногах.
Глава 15
Я сбежала, когда Демьян был в душе. Он пропустил меня первой, потом, когда я вышла, не глядя сгреб одежду и ушел в ванную, захлопнув дверь.
Никогда в жизни я еще так быстро не одевалась. И только когда за мной закрылись стеклянные двери отеля, остановилась отдышаться.
Это было совсем не то, чего я ждала. До конца не верила, что будет секс — казалось, Демьяну важнее почувствовать свое превосходство. А если будет, то мне придется просто перетерпеть.
Главное — изображать холодность, тогда он потеряет интерес.
Но то, что произошло, меня полностью выбило. И убило.
Теперь я уверена — Маргарита говорила правду. Они не спят вместе. Не знаю, как давно, но Демьян казался таким голодным, словно у него не было секса уже очень долго. Как и у меня.
И сегодня он не просто брал. Не просто утолял похоть.
