На этот раз, правда, Крис не стал прикасаться к губам Ника – понял, что ему это не понравится, - зато с некоторым усилием запихнул руку в карман штанов и с трудом извлек оттуда детскую гигиеническую помаду, которую купил уже дня как два для младшей сестры.
- Возьми. Тебе, походу, нужнее, - он слегка скривился, заметив недоумевающий – да что там, ошалелый просто взгляд, и пояснил: - Чем моей сестре нужнее.
- Э-э, спасибо, что ли, - пробормотал Доминик, протягивая руку, чтобы забрать помаду. Он и правда очень сильно удивился, даже опешил – вот уж такой доброты от парня он не ожидал. Он вообще доброту чаще принимал за жалость, а потому остерегался и пугался, недоуменно разглядывая «добряка». А потом очень стеснялся благодарить, потому что от души поблагодарить для него было как унижение. Ник не знал почему, но никогда не мог себя перебороть, когда благодарил, пытался стать меньше, чем он есть на самом деле, сжаться и убежать скорее, или же добавлял в свои слова долю насмешки или презрения, как, например, сейчас. Хотя ведь он на самом деле не презирал человека, но люди обижались часто…
Крис приподнял брови, словно не ожидал слов благодарности, но тут же сощурился, зная, как не только перевести ситуацию в свою пользу, но и избавить Ника он надобности чувствовать себя неловко – потому что парень чувствовал себя именно так, и Митц это видел.
- Зря благодаришь, - с предвкушением протянул брюнет, одним резким рывком переворачиваясь и бесцеремонно прижимая Ника к холодному полу, а сам нависая над ним сверху. – Мне плевать на все эти слова – они мне нахер не нужны. Что насчет действий? – парень хищно облизал губы, но сам пока никаких попыток не предпринимал.
- Какие, нахуй, действия? - с лица Ника мигом стерлось довольно милое выражение лица, и появилась бесстрастная холодная маска презрения. - Что тебе опять надо? Я уже поблагодарил, так что будь добр - съеби с меня, - парень матом ругаться не любил, но в особенных ситуациях ругался так, что сапожник обзавидовался бы. Дальше полился поток мата, потому что Доминик почувствовал под собой холодный пол, осознал, что ударился копчиком, и все это, в объединении с Крисом, лежащим на нем, привело его в бешенство. Он о-о-очень сильно не любил, когда его что-то заставляли делать.
- Какие, например? – полностью игнорируя все ругательства, с напускной задумчивостью протянул Митц, даже не шевелясь и все с таким же предвкушением глядя на Ника. – Ну, словами мне как-то не хочется объяснять. Я сразу продемонстрирую, не против? – и парень, склонившись, нагло коснулся губ Доминика, властно целуя его. Но, в отличие от первого поцелуя, этот уже более мягким – по крайней мере, Крис следил за собой и старался не причинить Нику боли, потому что, во-первых, ему не хотелось снова успокаивать парня, а во-вторых, тот же укус за язык – штука крайне неприятная.
- Ш-пф-то эт-пшф-о бля-я-пфптпь ташпф-кое?! - заголосил Ник, вырываясь, пинаясь и стараясь укусить брюнета, не за язык, так за что-нибудь еще. И у него это, признаться, получилось - он до крови укусил парня за губу, заставляя того зашипеть и отпрянуть.
- Сволочь, я тебя сейчас придушу нахуй прямо тут вот, - хрипло прошипел Митц, перехватывая руки Доминика и прижимая их к полу, мало заботясь сейчас о том, было ли Нику удобно. Губу жгло, на ней уже выступила солоноватая кровь, которую Крис едва успевал слизывать. – У меня такое ощущение, что ты специально нарываешься! И прекрати ерзать, блять, пока я тебя не изнасиловал нахуй, не забывай, что я вообще-то на тебе сижу! – гневно взвыл парень, который действительно сидел на бедрах Ника, а значит, имел приятную возможность ощущать любое его движение самым, скажем так, чувствительным местом.
- Кто виноват, блять? Слезь с меня и отвали! Почему ты не можешь быть нормальным?! Беси-и-и-ишь! – проныл Доминик, жмурясь от боли в вывернутых руках. Его и правда это все достало, опротивело и вывело из себя. Он чуть было не расплакался от бессилия, но вовремя вспомнил, в каком он положении, и сдержался, шмыгнув носом. Но уголки глаз все равно остались незаметно влажными.
- Т-так, ты еще заплачь тут! – судя по глазам Криса, он действительно был удивлен такой реакцией. Руки Ника были мгновенно отпущены, брюнет все же слез с парня, но не позволил отойти, а уселся рядом, смотря пораженно и тревожно. Он никогда бы не признался, но слез он боялся чуть ли не до дрожи. Даже нет, не то, чтобы боялся, просто никогда не понимал, что в таких ситуациях надо делать. Именно поэтому, кстати, его младшая сестренка вполне могла крутить Крисом так и этак – стоило только шмыгнуть носом и вытереть глаза рукавом – и Митц готов на все. – Ты что, реально реветь собрался?
- Никто реветь не собирался! - огрызнулся Ник, садясь и потирая копчик. Ему жутко не хотелось признаваться в своих слабостях. - Просто ты беси-и-ишь! - снова проныл парень, уже вполне входя во вкус и начиная жалеть себя, бедного и несчастного.
