— Я тоже скучал. — Послышался на первый взгляд грубый голос, за ее спиной, но это лишь кажется, из-за низкого тона и глубоко тембра. Откашлявшись, Эрик подошел к нам, Барбара отошла от меня и тогда ее муж приобнял меня и в мой нос забился запах древесины, сигарет и ванили. Этот одеколон определенно подобра ему его супруга, ведь лишь ей принадлежит этот великолепный вкус на теплые и пряные ароматы.
— Эрик… — Прошептала я, когда он освободил меня из своей хватки. Тыльной стороной руки, рукавом свитера я вытерла слезы со своего лица и неловко, но с огромной частью искренности улыбнулась.
— Все в порядке, девочка, все хорошо.
Они всегда называли меня своей девочкой, по их словам, как только я зашла в их дом, то они сразу поняли, что я обязана стать частью их семьи. Они хотели стать моими официальными опекунами, после смерти моего отца, но мама была указана в документах, поэтому проблем с родителями не было.
Я так виновата. — Жалобно пролепетала я, обнимая саму себя за талию из-за ощущения дискомфорта, вызванными тем, что в их глазах, я выгляжу глупой маленькой девочкой, которая просто убежала от проблем, вместо того, чтобы осознанно подойти к этому.
Корни, нам все объяснил Вин, все хорошо, мы тебя понимаем, пойдем в дом. — Сказал Эрик, приоткрывая входную дверь шире, чтобы я могла пройти.
В доме ниче не изменилось, здесь все также пахнет яблоками и корицей, смесь кислого и пряного аромата идеально описывала разность характера Барбары и Эрика. Все так же белую мебель украшают разные краски, приоритетно пастельных цветов. Диван стоит перед камином, на нем бежевые подушки и кофейный плед, а на маленьком столике лежит книга, которую бабушка Вини только что читала, я уверена, ведь она любит порядок и ни за что не оставила бы вещи не на своем месте. Камин горел и согревал дом, пушистый белый ковер покрывал немного потертый пол из темного дерева. Я поворачиваю в сторону кухни и понимаю, что ранее ощущаемый мной аромат совсем не являлся моей галлюцинацией от нахлынувших воспоминаний и тоски.
На столе из белого дерева я увидела остатки картошку, запеченную на гриле, а также печенья, которые Барбара прикрыла полотенцем, она всегда так делала, чтобы сохранить тепло для выпечки. На мраморной столешнице стоял чайник, стеклянный, где плавали дольки яблок, апельсинов, лимона и одна палочка корицы. Запах еды проник не только в мои легкие, но и в сердце, разливая тепло по моему телу настолько, что я уже и забыла об этих трех годах разлуки, а также о том, что пару минут назад я плакала, не сумев сдержать слезы.
Барбара и все остальные прошли вперед меня, пока я все еще стояла, словно каменная статуя. Эрик занял свой стул, в самом вверху стола, как глава семьи. Рядом с ним расположилась его жена, а Вини сел напротив нее, отодвигая для меня сиденье. Все в этом демо было сделано из белого дерева, а розовые подушки на стульях — гармонично сочетались с мебелью.
Хадсон кивнул мне, молча призывая присоединиться к ним, сделав глубокий вздох, я прислушалась к нему.
— Угощайся, Барбара, налей ей чай. — Сказал Эрик, он мягко накрыл плечо своей жены, вроде маленький жест, но в глазах Барбары загорелись искорки и она тепло ему улыбнулась.
Как я могла так поступить с ними…
Барбара привстала, чтобы налить в мою кружку чай, рецепт которого мне известен наизусть.
— Корни, девочка, расскажи как ты? — Сказала Барбара, вернувшись на свое место. Она положила локти на стол, ладонями прислонившись к своим щекам, маленькие морщинки стали виднее, когда она улыбнулась шире. Точнее морщины счастья, она любит их так называть.
— Теперь лучше. — Ответила я, отпивая горячий напиток, который чуть не обжег мой язык, но я не стала подавать виду.
— Винтер сказал, что вы учитесь в одном университете, как так получилось?
— На самом деле я поступила в несколько университетов, в Нью-Йорке, в Бостоне и в Вашингтоне. Я жила в Нью-Йорке три года и не смогла найти себя там, поэтому решила попробовать Бостон, если там ничего не получится, то поеду в Вашингтон после окончания обучения. — Откровенничала я, ведь это Барбара, я не могу уходить от ее вопросов, эта женщина чувствует абсолютно все, но кое-что меня напрягало.
— Как обстоят дела в Бостоне? На кого ты учишься?
— Лучше, чем я ожидала, я не определилась с факультетом, а наш университет позволяет ходить на разные занятия, но на втором курсе уже необходимо выбрать направление. Пока что я изучаю экономику, философию, психологию. — Сказала я, мой голос совсем немного дрожал, ведь я понимала, что именно не так.