Мы нашли большое дерево и решили, что проведем ночь возле него, разведя костер и лёжа на чудной лужайке. В лесу можно было услышать огромную композицию, состоящую из сотен различных звуков, исходивших отовсюду. Это были птицы, насекомые, лягушки, шелест листьев, журчание ручьев. Это были чудесные звуки. Уверен, Вивальди, Моцарт, Бах, Бетховен и прочие гении были бы в восторге, услышав это. Хотя, нет, услышав это, в восторг приходим мы – обычные люди, а гениальные композиторы черпают в этом вдохновение. Для них это не просто чудное сплетение разнообразных звуков природы, для них это некий немного несгармонированный ритм, для них это возможность уловить что-то необыкновенное (недоступное обычному человеку) и представить это в музыку (доступную обычному человеку).
Тимур развел костер, мы испекли картошку, благо, у нас собой была куча других «съедобных» вещей. А вы пробовали печь картофель в костре? Это чудесно и необыкновенно. Плод картофеля, попав в кучу раскаленного угля, покрывается такой черной корочкой, которая, кстати, тоже съедобная и очень вкусная. А если сверху насыпать щепотку соли, то… В общем, в этом всём есть какая-то романтика! Набив свои желудки, мы уселись у костра. Ночь спустилась в этот густой лес. Наши лица освещал желтовато-красный свет от огня. Мы о многом говорили. Кто-то из нас уже зевал.
Махар: Роберт, ты сыт?
Тимур: Да конечно он сыт, у него маленький желудок, ты что, не видишь?
Я: Да, я наелся. Классная картошка. Только вот я ненавижу ее копать каждое лето!
Махар: Каждый человек что-то любит и что-то ненавидит. Ну, или кого-то.
Тимур: Ага. Вот я, например, ненавижу, когда ты философствуешь.
Махар: Да ладно тебе! Это жизнь, а не философия.
Тимур: Не знаю, жизнь это, или «нежизнь», а вот в костер не мешало бы подкинуть веток, а то он скоро потухнет.
Махар: Конечно, потухнет. Ведь всё когда-то заканчивается, ничто не вечно.
Я: О, Махар, я уловил у тебя еще одну философскую мысль.
Тимур: Почему ничто не вечно? Допустим, бытие… Оно же вечно? Оно всегда было и будет. Или тот же космос.
Махар: Ну ты загнул! А вот, к примеру, более практически значимый пример – жизнь. Она ведь конечна? А значит и не вечна!
Тимур: Ну да, если представить, что после смерти нет следующей жизни, если представить, что нет иного мира, куда все, так или иначе, попадут после смерти. Ты же разбираешься в религии.
Махар: Ты прав, с точки зрения человека, понимающего в религии, жизнь – это лишь подготовка к следующему этапу.
Я: Ага, жизнь – это первый уровень. Самый простой уровень одной супер-гениальной компьютерной игры, которую создали за семь дней, и в которой есть правила – десять заповедей. Хотя, нет, у каждой определенной группы людей свое число правил и указаний, о том, как пройти этот первый уровень!
Махар: Роберт, заканчивай богохульство. Ты что атеист?
Я: Да я шучу! Расслабься!
В то время я еще не определился со своей точкой зрения насчет веры в Бога. Я всего лишь сомневался. Как ребенок.
Махар: У тебя жесткий юмор.
Тимур: Махар, отстань от него. Он еще молод для философских бесед.
Махар: Тимур, ты его послушай еще часок и с катушек слетишь. Он тебе нафантазирует такого, что и в снах не снилось! Сколько раз я его звал с собой в мечеть на молитву. Он ни в какую! Упрется и всё, с места не сдвинешь! Упрямство и богохульство – это и есть наш Роберт!
Я: Так, Махар, а ты сам подумай, чему тебя учит религия? Ну да, она учит тебя быть хорошим и добрым и всё такое. Но с другой стороны, понимаешь, ты более подвержен пойти не в ту степь, оказаться не там, где нужно, ты более подвластен!
Махар: Кому это я подвластен? В какую степь?
Я: Да этим религиозным фанатикам! Они тебе скажут: «пошли с нами, воевать против неверных, а если вдруг умрешь – рай тебе обеспечен», и ты согласишься! Ведь цель этого, как ты говоришь, подготовительного этапа, цель жизни, заключается в переходе на следующий «уровень». Ты живешь ради того, чтобы попасть в рай, ты делаешь всё, что нужно: молишься, соблюдаешь пост и так далее. Ты делаешь это только лишь ради одного – ради того, чтобы попасть в рай! А тут тебе выпадает отличный шанс попасть в рай «коротким» путем. И ты согласишься!
Махар: Я не идиот, чтобы бежать к радикалам и к террористам! У меня своя религия, у них – своя! Понимаешь, Роберт, я не соглашусь на приглашение «воевать с неверными», потому что я понимаю нашу религию правильно! И я знаю нашу религию! А такие как ты, они в нашей вере не смыслят, таких легко заманить, потому что они не знают где хорошо и где плохо!
Тимур: Так, ребята, это всё извечная тема! И вы оба останетесь при своих мнениях. Просто бессмысленный спор. Давайте лучше спать. Я сплю, а вы, как хотите!
Он был прав. Тимур всегда был прав. А может, он был всегда прав, потому что мало говорил? Умно. Я и Махар никогда не приходили к консенсусу в вопросах религии. Мы ведь такие разные. Но все же, я не хотел останавливаться…
