Рука Серёжи накрыла озябшие лопатки. Я пошевелилась, теснее вжимаясь в его тело.
– Замёрзла? Ноги ледяные.
Он обнял меня обеими руками, прижался губами к волосам, выдыхая в макушку горячий воздух.
«Вернула! Саша, Андрей, спасибо!»
Я чувствовала зарождающееся в нём желание и подняла лицо.
– Серёжа … здравствуй!
– Здравствуй, Лида. – Взяв за плечи, он подтянул меня к себе и коснулся языком моих губ. – Ммм… как в первый раз… сладкая.
Он целовал легко, пробуя на вкус и будто прислушиваясь к себе. Или ко мне? Рука начала ласкать спину, но вдруг он убрал её, перевернул меня на спину и потребовал:
– Лида, открой глаза. – Долго и ревниво всматривался, проникая в самую их глубину.
Я потянулась к его рту.
– Серёжа…
С бесконечной нежностью он поцеловал мои губы и шёпотом произнёс:
– Я люблю тебя.
У меня перехватило дыхание.
– Аах! … Повтори, – беззвучно, одними губами, попросила я.
– Я люблю тебя.
– Ещё…
Он рассмеялся.
– Маленькая, тысячу раз готов повторять. Люблю тебя! Люблю…
В груди моей звенела струна, вибрируя, мешала дышать. Я глубоко вздохнула, раз, другой, третий.
Его нежность сменилась неистовой страстью, властным, почти грубым обладанием.
– Маленькая, подожди! Вернись! – Сергей вышел из гардеробной, торопливо застёгивая джинсы и держа под мышкой пуловер. – Не торопись, пять минут ничего не изменят. Сядь! Вместе пойдём.
Я уже надела его куртку, но послушно села в кресло.
– У меня обуви нет. Хотела выглянуть на крыльцо посмотреть, может, кто догадался принести?
Он пожал плечом, уходя в гостиную.
– Пойдёшь на руки.
Вернулся, шарясь в кармане перекинутого через руку пальто, того самого, в котором был вчера и сегодня утром. Вынул маленький хрустальный ларец и, бросив пальто на кровать, опустился перед моим креслом на пол.
– Я думал вчера подарить. Из офиса с собой взял, а мы не договорились.
Он открыл крышку ларца, я зажмурилась, ослеплённая розовым сиянием, и засмеялась.
– В твоём розовом гарнитуре не хватает кольца, – сказал Сергей, вынул из ларца кольцо и надел мне на безымянный палец правой руки.
– Ты вновь берёшь меня в жёны? – спросила я.
– Беру, точнее, подтверждаю своё право на тебя.
– Серёжа, я не знаю, что сказать. Согласие стать твоей женой я дала давно и назад не забирала. Я люблю тебя. И… Серёжка, я счастлива! Слышишь? – Я заглянула в его глаза и повторила: – Я счастлива с тобой всю нашу жизнь!
Поцеловала его и, нарушая торжество момента, захихикала.
– Можно, я полюбуюсь подарком?
Выставив руку перед собой, я любовалась игрой камня. И обручальное кольцо, и новый мой перстень прекрасно смотрелись рядышком на одном пальце.
– Большой… сколько в нём? Каратов пятнадцать?
– Почти семнадцать. Тебе нравится?
– О, Серёжа! Розовый бриллиант может не понравиться? И дизайн к дизайну колье подходит.
– Подходит, – хмыкнул Сергей, – пришлось, как вору, пробраться в спальню, чтобы освежить в памяти рисунок колье. – Он поднялся и выдернул меня из кресла. – А теперь поцелуй меня без смеха.
Мы целовались, пока он не прошептал:
– Давай вернёмся в кровать…
– Дома волнуются…
Шумно выдохнув, он проворчал:
– Тогда пойдём успокаивать.
Серёжа опирался спиной на камень, я сидела у него на коленях, в кольце его рук. Он коснулся заколки, удерживающей волосы на затылке, и попросил:
– Распусти.
Я разжала заколку, потрясла головой, распрямляя пряди, он тотчас зарылся в волосы лицом, втянул в себя воздух и теснее прижал меня к себе.
Прямо над нами висел огромный диск луны, снизу под ногами мягко бились о рифы волны.
– Наш отдых здесь почему-то всегда совпадает с полнолунием, – отметила я.
Он не отозвался.
Он объявил мне о «каникулах» вечером в спальне, после праздника, устроенного в честь нашего воссоединения:
– Завтра убегаем из дома, самолёт я заказал. Недельку проведём вдвоём. Согласна?
– Конечно, Серёжа! – Я опустила взгляд на его рот и облизнулась. – И даже ооочень согласна!
Он куснул меня за нос и, наваливаясь, прошептал:
– Хулиганка. Я и так с ума схожу!
На остров мы прилетели вчера. Кроме нас в самолёте летели шестеро мужчин. Распределившись по салону, они скучливо поглядывали в иллюминаторы или листали журналы, старательно делая вид, что ни меня, ни Серёжи в салоне нет. Неосторожно встретившись со мной взглядом, глаза любого из них, как глаза слепого, попросту ускользали в сторону. «Довольно неприятно, когда тебя в упор не видят», – подумала я, уходя в спальню.
Из Ченнаи мужчины перелетели с нами на остров, а вслед за тем, сопроводили на виллу. В машине я указала на коротко остриженый затылок перед собой и спросила:
– Серёжа, все так плохо?
– Не плохо, Маленькая! Просто пришло время усилить безопасность.
Вчера… нет, не вчера, позавчера, в шумной толкотне ребятни и взрослых, приехавших в усадьбу, я довольно долго не видела Макса и, зайдя по какой-то надобности в дом, заглянула в кабинет. Он сидел за столом, откинувшись на спинку кресла и прикрыв глаза. Не меняя позы, произнёс:
– Я чувствую тебя. Только подумал о тебе, слышу, стук.
Я подошла к нему со спины и приложила ладошки к его вискам.
– Устал?
