Эти женщины идут на большие жертвы ради семьи, и мужчины это знают. Галисийцы испокон веков почитали своих женщин, которые всегда пользовались здесь большей свободой, чем в других областях. Всего два года назад на маленькой пристани в Понтеведре, носящей имя красивой речки, впадающей здесь в море, установили статую жены эмигранта. Она была воздвигнута народом и для народа. Не многие туристы видят ее, потому что находится она далеко от центра города, на маленьком мысу, где у кромки прилива жмутся друг к другу домишки рыбаков. Гранитное изваяние изображает галисийскую крестьянку в короткой юбке, голову которой покрывает шарф. Она глядит в морскую даль, ее простое крестьянское лицо выражает мужество, покорность судьбе и затаенную печаль. Голубка, расправив крылья, готовится взлететь с ее ладоней, сложенных лодочкой. Скульптор не стал делать свою модель более женственной и приукрашивать ее коренастую фигуру с крепкими икрами и лодыжками. Он изваял настоящую земную женщину из Галисии, внешне совершенно не похожую на «типичную испанку» — гибкую, кружащуюся в танце южанку в мантилье и платье с оборками, танцовщицу фламенко. Да и психология галисиек не вписывается в расхожий стереотип. В Галисии далеко не так сурово и жестко, как в других районах страны, соблюдается «типично испанский» культ женской чистоты и девственности. Сельское духовенство здесь то и дело нарушает данный им обет безбрачия; ему присуща такая распущенность, или естественный взгляд на вещи,— называйте, как хотите. Отцом детей, появившихся в семьях эмигрантов in absentia[91], часто считают деревенского священника — неважно, виновен он в этом или нет.
Хотя я не нашла статистических данных по этому вопросу, но хорошо известно, что число незаконнорожденных в Галисии довольно велико, однако это относится скорее к незамужним женщинам, чем к тем, чьи мужья уехали искать счастья за морем; более того, если женщина, родив вне брака детей, впоследствии расстанется с их отцом, то статус матери-одиночки не помешает ей найти себе мужа. Потеря девственности не означает, что женщина не способна стать преданной женой.
Даже если галисийка идет на то, чтобы нарушить супружескую верность, это, в силу чисто практических причин, не так-то легко осуществить. В деревне, где всем всё и про всех известно, тайная любовная связь как таковая невозможна. Ее сразу заметят бдительные соседи. Подлинными блюстителями нравственности являются, в первую очередь, они, а не духовные лица. К тому же средней крестьянке приходится так много и тяжело работать,— она и работает, и выглядит, как мужик,— что у нее не остается ни сил, ни времени на развлечения с любовниками. Она довольствуется вполне исполнением супружеского долга. Выйдя замуж, галисийка обычно становится настоящей богиней домашнего очага, почитаемой всеми домочадцами, опорой семьи и дома — как материальной, так и духовной.
В Галисии не выгоняют из дома на улицу крестьянку, родившую ребенка вне брака, как, возможно, сделали бы в Кастилии. Ее не бесчестят как женщину и почитают как мать. В Испании всегда придавалось исключительно важное значение чистоте крови, ведь так называемый «кодекс чести» сложился здесь при слиянии христианских идеалов с исламскими. Галисийцев, наделенных большей рассудительностью и способностью к состраданию по сравнению с жителями других провинций, эта идея никогда не привлекала.
Ярким примером гордости, независимости и самостоятельности крестьянок-галисиек может служить следующая история, которую рассказал мне в Сантьяго друг университетского профессора. Этого профессора в одиночку, вне брака, воспитывала мать-крестьянка. Отцом его был senorito — молодой дворянин из аристократической семьи; однако появление ребенка на свет не было «несчастным случаем» — его мать в свое время все тщательно продумала. Девушка, мечтавшая иметь одаренного и красивого сына, в течение некоторого времени приглядывалась к местному senorito, красивому, честному, интеллигентному, воспитанному юноше, и сочла, что он — именно тот человек, который способен дать ей желанного ребенка. В один прекрасный день она смело — кастильцы несомненно сказали бы «бесстыдно» — подошла к senorito, когда он ехал верхом через поля ее родителей, и сделала ему соответствующее предложение. Жаль, что неизвестно, в каких именно словах оно было сформулировано. Крестьянка была хорошо сложена и красива, и senorito с удовольствием услужил ей. Один-единственный опыт закончился вполне успешно: девушка забеременела.
