– А я успел?
– К сожалению, – вздохнул Рамасха, небрежным жестом отогнав радужное облако вестников, висевшее над столом. – Сразу после осмотра целителями, буквально на их глазах, ты исчез. Бежал тропой духов. Теперь Алэр требует у Белых гор твоей головы, но так как ты там не появился, выдать тебя проблематично. Сошлись на том, что твой дед, глава дома Ирдари, понизил статус внука и вычеркнул из наследников. Теперь ты не младший лорд. Не фьерр, а просто фье Ирдари. И я не понимаю, почему твой невидимый, но очень назойливый дух предка все еще тебя опекает?
На идеально прибранном столе кронпринца в тот же миг опрокинулась чернильница-непроливайка. Рамасха невозмутимо ее поправил.
– Лорд Ирдан отличается свободолюбивым нравом, он и при жизни был себе на уме, судя по хроникам рода, – благодарно улыбнулся Яррен. – Значит, ты сильно рискуешь, пряча у себя государственного преступника и…
Он не произнес имени Виолетты, но скосил глаза на потайную дверь.
– Ничем не рискую. Ты уйдешь сразу после нашего разговора. Пока твои ноги и рука не окрепли, побудешь в тайном лагере, где восстанавливаются после битвы с Темной страной ласхи из отряда Рагара. Они в серой зоне, недалеко от границы с Темной страной, потому император о них до сих пор не знает. Ниэнир их прикрывает, как может. Но я даю тебе буквально пару дней. Как только сможешь передвигаться без костылей, уйдешь с ласхами в Гардарунт. Там тебя Алэр не достанет.
– Приказывать мне может только принцесса Виолетта, – взгляд полукровки потемнел.
– Какой гордец! – фыркнул принц. – Ты не просто так уйдешь, а с миссией. И для тебя, и для нее единственное спасение – король Лэйрин. Ты должен с ним встретиться и рассказать все, что ты тут увидел и узнал. Только ему, никому больше.
– И чем он поможет? – скептически выгнул бровь полукровка. – У него самого власть на честном слове держится и памяти о Роберте. Ни сил, ни войска, ни денег в казне.
– Он может обвинить Алэра в насилии над принцессой Гардарунта и разорвать брачный договор. А если испугается… – Рамасха поднялся из-за стола, подошел к стене и открыл сейф, достал запечатанный свиток с тремя печатями на ленте. – Это экземпляр Алэра. Я его уничтожу. Если Лэйрин откажется от помощи сестре, добудь третий документ и уничтожь, как ты смог это сделать с первым экземпляром.
– Там у меня под рукой не будет эйхо, – задумался горец. – Но думаешь, это поможет? Магия, что их связывает, будет развеяна без последствий для леди?
– Их не связывает магия! – слишком резко ответил кронпринц. – Если бы связала, то Алэр всегда бы знал, где искать леди, его было бы не обмануть. Эта связь ярче, чем ключ сердца!
Яррен прищурился: откуда Рамасхе знать, как сияет супружеская связь, если он никогда не был женат?
– Хорошо-хорошо, не злись, – он вскинул здоровую руку. – Но ты же понимаешь, я не могу уйти так далеко без приказа самой принцессы, моя клятва не позволит.
И Рамасха вынужден был согласиться, хотя ему не терпелось отправить телохранителя Виолетты из дворца как можно быстрее и дальше. Разумеется, только ради спасения попавшей в беду девы и из соображений безопасности для ученика Рагара.
***
Летта все еще спала, и лекарь категорически запретил ее беспокоить. Яррен смирился.
Но к вечеру, когда он уже вполне освоился в кабинете кронпринца и даже начал передвигаться, – пока только с помощью духа рода и костылей, – взбунтовался:
– Ты не имеешь права прятать от меня принцессу! Она точно жива? Ей точно оказана достаточная помощь? Что твой лекарь понимает в лечении людей? Кто за ней ухаживает? Кандар?
– Кандар по моему приказу забаррикадировался в гостевой башне. Делает вид, что леди Виолетта там и не хочет никого видеть, особенно, императора, – отчитался кронпринц, сочтя слова телохранителя справедливыми. – А здесь с принцессой служанка Мара и эйхо Зи.
– Столь долгий сон ненормален! Такое бывает только при магическом истощении, но…
– Равнинные девушки – существа нежные, чуть что – и в обморок, – хмыкнул Рамасха.
Он и самому себе боялся признаться, почему не допускает ученика вейриэна, вполне сведущего в лечении даже магических ран, посмотреть на Виолетту.
Потому что больше не увидит ее.
Потому что белое свечение ее кожи могло означать только одно: у дочери Хелины в минуту смертельной опасности открылся магический дар, и он мог быть только даром риэнны, белой горной ведьмы.
А учитывая, что сама Хелина пропала, Виолетта может оказаться единственной наследницей дома Грахар. А если вспомнить, что она – потомок Лаэндриэль, последней Белой королевы, горцы заберут ее из рук северян и больше не выпустят, выдадут замуж за кого-нибудь из своих. Они будут лепить из нее долгожданную Белую королеву, не осознавая, что совершают чудовищную ошибку.
Не того хотел Рамасха, когда ему пришла в голову идея отправить Яррена в Гардарунт, чтобы разорвать или выкрасть брачный договор принцессы. Потому – пусть горцы узнают о новой горной риэнне как можно позже. Пока необученная Виолетта не умеет пользоваться даром, его все равно что нет.
