Рамасха не стал возражать против этой версии, хотя хотел сказать совсем другое. Вдруг оказалось, что невозможно представить мир Эальра без сияющих фиалковых глаз золотоволосой принцессы, чье жаркое сердце опалило и разбудило как солнце даже Снежного принца Севера.
– Я вернусь так быстро, как только смогу, – старший брат сунул карту младшему и ободряюще похлопал по плечу. – Ты только сам на рожон не лезь. Наверняка в подземном каземате серьезная охрана. Если найдешь след – немедленно сообщи мне, я примчусь на подмогу.
***
Верный друг Рамасхи, советник и телохранитель Кайш выглядел как полупрозрачная, мерцающая тень самого себя. Его подвесили заклинаниями над столом из чистого льда в апартаментах личного лекаря кронпринца. Вокруг тела были расставлены ритуальные чаши, напоминавшие круглые каменные очаги. Пожилой лекарь поддерживал в них биение синего пламени. Языки поднимались ввысь, лентами окутывали раненого, свиваясь в кокон как у шаунских мумий.
Лангвира, как ни странно, в помещении не обнаружилось.
На миг задержавшись на пороге, кронпринц широкими шагами прошел внутрь.
– Он жив?
– Да, мой принц. Но лучше его сейчас не трогать. К счастью, всё, что тебе нужно, он запечатлел на зерно памяти. Ланвир уже посмотрел и положил его на полку, – лекари кивнул на книжный стеллаж в углу кабинета, и Рамасха увидел небольшой мешочек из синего шелка, похожий на пустой кошель для монет. – Возьми и иди, не мешай мне.
– Почему ты один его лечишь? У тебя усталость на лице. Возьми помощников.
– Нет никого, все заняты ранеными в тронном зале. Не дворец, а бойня. То червоящер, то многоглавый эйхим, то молодой ученик вейриэна…
Рамасха мгновенно вскинулся:
– Ты знаешь, где его заперли?
– Откуда? Император мне не докладывает. Но вот что скажу, если найдешь, зови сразу инсейских целителей. Не знаю, откуда полукровка черпает силу, но у него магическое истощение, как бы дар не погас. Он за эти пару дней выложился, как десять старейшин-асаров. А ты знаешь, какой у полярников резерв. Бескрайний как Север, вечный, как мерзлота.
– Ну, я бы поспорил, не такой и вечный, – усмехнулся принц, вспомнив, как ловко Яррен направил на Эмерит и старейшин их же собственную мощь. – Но спасибо за совет. Моя помощь нужна?
– Пока нет. Пациент стабилен, а я не первый раз имею дело с воздействием темной магии.
– Темной? – Рамасха поднял бровь. – Он следил за императором. Во время свадебного ритуала на отца напали темные?
– Не совсем так. Долго объяснять. Лучше глянь в зерно, все поймешь. Я посмотрел, чтобы знать, чем атаковали пациента. Парень уцелел только потому, что следил за Алэром издалека, используя лики. И еще, мальчик мой… ты там увидишь кое-что жуткое. Держи себя в руках, а то я тебя знаю, мне потом и придется тебя восстанавливать.
– Что вы меня с Лангвиром пугаете на пару? – фыркнул принц. – Я что, темных не видел?
Старый лекарь отрицательно качнул головой:
– Таких – не видел. Но главное… Тот юный и дерзкий горец был прав, когда в тронном зале сказал, что у нас нет императрицы. Император явился во дворец с подменной куклой потому, что девушку, стоявшую с императором у алтяря, то есть, настоящую леди Виолетту, Алэр там же и оставил. Ее забрал темный.
– Что?! – вскричал Рамасха.
Схватил шелковый кошель с зернами памяти и перенесся в свои покои. Надо немедленно ознакомиться с содержимым!
***
Оба старших друга Рамасхи оказались правы: увиденное не просто ужаснуло. Оно сначала разъярило, обожгло страшной болью, а потом опустошило.
Оруженосец Кайш умел становиться воистину невидимым, не оставляя запаха магии. Эту уникальную грань многоликого ласха слуга и хозяин скрывали много лет, не используя без нужды. И только благодаря неведению императора Кайшу удалось остаться незамеченным.
Он сумел проскользнуть в портал вместе с сиагром Диасом, когда тот нес императорскую корону на подушечке к месту ритуала.
Кайш не рискнул приближаться к алтарю и затаился далеко в стороне, чтобы чуткий Алэр не засек действие магии запечатления. Потому видно было плохо, а слышно еще хуже. До наблюдателя долетали лишь обрывки слов. Молитва жреца… Клятва Алэра… Клятва Виолетты.
Она улыбалась. Великие айры, она была счастлива!
Тщетно Рамасха искал отвращение на ее нежном прекрасном личике, обрамленном золотом волос, словно нимбом. Ее фиалковый взгляд сиял торжеством и предвкушением.
Ее кровь капнула на алтарь и была принята Синей магией, тут никогда не врущий Яррен соврал или заблуждался. Игинир теперь видел собственными глазами и сомнений не осталось. И наверняка отец позаботился, чтобы церемония была запечатлена на зернах памяти, чтобы потом предъявить сомневающимся старейшинам – ни одного из них, кроме какого-то провинциального жреца, на церемонии не присутствовало.
Но ритуал состоялся. Брак заключен и дал Алэру благословение высшей магии. А главное – древний алтарь Дихорской долины воскрешен, и за это ласхи многое простят императору, даже червеящера.
Отец переиграл сына.
