– Хэх, – выдохнула тигрица печально, качнулась вверх и вперед, перетекла в невысокую рыжую девушку и огляделась в поисках ведра. А увидела в ближайшем переулке Витара, его родителей и подозрительно бледную любительницу печь пирожки, ту, что почти шатенка. – Ну вот, – проворчала девушка. – Раньше надо было рассказать, чтобы сюрприза не было.
Помахала Витару рукой, мол, давай, успокаивай родителей. И пошла к ведру. Вода же сама не придет.
Да и в целом оказалось, что вода – отличная штука. Пока к ней идешь, пока набираешь, пока несешь к переулку, как раз хватает времени, чтобы усмирить игривость кошки и убедить ее, что все серьезно. Поэтому надо пока затаиться и подождать, что будет.
А Витару этого времени хватило, чтобы убедить родителей вернуться домой и уже там задавать вопросы. Странные, он был уверен.
– Тигра, руки нашей великой матушки, тигра, – странным тоном причитала Руда, сидя на лавке и слегка раскачиваясь из стороны в сторону.
Тон был настолько странный, что Вирта не могла понять – в ужасе бедная женщина или в восторге. Как-то подозрительно было похоже и на то, и на другое.
– Тигр, – степенно поправил отец Витара, сидевший за столом. – Точнее, тигрица.
И запил это откровение настойкой, которую достал с полочки под подоконником сразу, как Витар объяснил, что будущая невестка – самый натуральный оборотень. И да, сына все устраивало. Сын у них взрослый. Все обдумал и взвесил. Еще перед тем, как пошел приглашать такую интересную девушку на первое свидание.
И да, она ему сразу понравилась. Еще там, у бревна. Какого бревна? Ну, это длинная история.
Историю Витар тоже рассказал. И даже объяснил, зачем девушке бревно. И демоны знают, успокоило это его родителей или еще больше напугало. Странным тоном Руда стала разговаривать как раз после рассказа. И даже мужа за настойку пока не ругала, хотя Витар очень на это надеялся.
– Тигра, – не обратила на слова старосты его несчастная жена. – Большая полосатая тигра.
– Ну, зато не обидит никто, – рассудительно сказал Вилах. – Как обернется кошкой, как наподдаст! Или убежит, если обижальщиков много будет.
– Она еще и маг, огненный, – сказал Витар, сидевший рядом с невестой на другой скамейке и демонстративно ее обнимавший, даже этим жестом показывая, что уверен и что не передумает.
– Вообще хорошо, – обрадовался староста. Наверное, настойка начала действовать и заметно улучшила ему настроение.
– Тигра огнедышащая, – на этот раз не стала его игнорировать жена. – Руки нашей великой матушки. А когда детки пойдут, тоже котятки будут? А вдруг человеками быть не смогут? Так и будут бродить по миру полосатыми котятами.
– Или хомячками, – зачем-то сказал Витар. – Ипостась не наследуется. Она от множества факторов зависит, начиная от наличия магии и характера и заканчивая непонятными случайностями и совпадениями.
Вирта сразу поняла, что зря он это сказал. Руда замерла на лавке, посмотрела немного в неведомые дали и осторожно переспросила:
– Хомячками?
– Полосатенькими, – добавил Вилах и запил это откровение очередной порцией настойки.
Бедная женщина моргнула, а потом схватилась ладонями за щеки и натурально заголосила:
– Хомячками? Да не допустите добрые боги! Они жеж потеряются, их жеж кошки поедят! Убегут с мышами в поле и не найдутся!
Вирта даже восхитилась. Чудесная женщина, плевать, что внуки будут хомяками, главное, чтобы с ними ничего не случилось. И чтобы здоровые были, наверное.
Староста встал, достал с полки у стола еще одну чашку, плеснул туда настойки и вручил жене. Видимо, с этой настойкой жизнь казалась проще.
– Или вообще дракон родится, – решил вывалить на родителей сразу все варианты Витар. – Но драконы большая редкость.
– Добрые боги, – с проклюнувшимся восторгом сказал староста, за что получил от жены тычок в живот.
– Хомячки! – настойчиво повторила она. – Маленькие, беззащитные хомячки. Вы им хоть клеточки сделайте, чтобы не потерялись.
И вот в этот момент Вирта тоже начала чувствовать себя очень странно. И в голову стали лезть очень странные идеи о том, как бы сделать такой амулет, который в случае обращения несуществующих пока детей в хомячков сразу превратится в клетку. Нет, не просто в клетку, а в клетку-крепость, которая даже от нападения дракона защитить сможет и одновременно пошлет зов родителям.
– Мама, – устало сказал Витар.
Вирта попыталась прогнать из мыслей чудные видения о том, как клетка-амулет гоняется за мышатами, а они с писком, подозрительно похожим на хихиканье, разбегаются в разные стороны.
– Что «мама»? Ты был маленький, даже не хомячок, и то два раза в лесу терялся! То ему домик лесных пчел захотелось отыскать. То грибов набрать. Еле нашли, хотя ты был не настолько маленький! А как вы считаете…
– Мама, ну сама подумай, разве могли оборотни не задуматься об этих проблемах и не решить их?
Руда перевела взгляд на Вирту.