– Да пойми же ты, – усмехнулся Джон, – что если двух мулов запрячь с разных концов, они не стронут фургон с места! А вот если встанут рядом, то помчатся, как ветер! Ты чертовски красивая девчонка и привыкла, что мужчины готовы умереть ради твоего удовольствия, ради твоей причуды. А Тревис не таков. Тебе никогда не обвести его вокруг своего миленького пальчика и не заставить плясать под свою дудку. Вот оттого-то вы и ссоритесь.
– Это неправда! – взорвалась Китти. – Натан тоже не хотел соглашаться со мной, упрямо стремясь превратить меня в обычную клушу и лишить права на собственную жизнь! Он тоже не хотел уступать мне ни в чем!
– Тут речь идет о другом! Натан воспитан в сознании того, что назначение женщины – быть женой и матерью, но не более. И он боролся за привычный ему образ мыслей – вот и все. Хотя, я полагаю, в иных вопросах частенько уступал. Почти все мужчины поддаются на маленькие женские уловки. Но не Колтрейн. Он никогда не выпустит ситуацию из-под контроля – и вот эта его черта больше всего тебя и бесит, дочка.
– Да я вообще не желаю о нем слышать! – воскликнула Китти. – Я же столько раз повторяла тебе, папа! Я его ненавижу! Мы оба ненавидим друг друга. Разве так трудно это понять?!
– Ох, Китти, у тебя талант усложнять простые вещи! Толковали мы про это с Сэмом и решили…
– Похоже, все вы решили сунуть нос в мои дела! – Она вскочила на ноги, чувствуя, как на глаза набегают злые слезы. Не хватало того, чтобы Тревис стал причиной ее размолвки с отцом! Какое у него право вклиниваться между Китти и Джоном и разрушать их дружбу, которой она так дорожила?!
А Джон все так же ехидно хихикал, пока Колтрейн не подошел к ним вплотную. На продолжение спора не оставалось времени. Капитан, даже не посмотрев в сторону Китти, сел рядом с Джоном и сказал довольно мрачно:
– Я только что получил новый приказ от генерала Гранта.
– Так я и знал, – кивнул Джон. – Ну что ж, послушаем.
– Сведения секретные, – напомнил Тревис, сердито посмотрев на Китти. – И хоть она твоя дочь, Джон, но по-прежнему предана нашим врагам. В ее присутствии я не имею права обсуждать нашу стратегию.
– Да провались ты к дьяволу, Тревис Колтрейн, со своей чертовой стратегией в придачу! – выкрикнула Китти.
– Китти! – одернул ее Джон.
– Хватит, мне уже тошно от всего этого! Я хочу отправиться в Ричмонд, чтобы снова быть полезной своему народу! Вы вольны оставаться здесь и выполнять свой хваленый долг, зато мне здесь делать нечего! Ах, папа, ну разве ты не видишь, что он делает с нами?! Он же старается поссорить нас, возвести между нами стену! И лучше я поскорее уеду отсюда, пока он не добился своего! – И она поспешила прочь, обливаясь слезами, и крикнула через плечо, в последний раз с гневом взглянув на Тревиса: – Папа, я попрощаюсь с тобой позже, наедине!
– Прости, – неловко вымолвил Тревис. – Я знаю, тебе нелегко.
– Она поступает правильно, – задумчиво откликнулся Джон. – Ее сердце принадлежит Югу, и так будет всегда. Не дело для Китти крутиться среди нас. А судя по всему, нашим спокойным денькам пришел конец.
– Верно. Мы вместе с Шерманом направляемся на юг, на Атланту. У него армия примерно в сотню тысяч человек, и он собирается использовать кавалерийскую разведку. И даже персонально пригласил к себе нас троих. Сэм сказал, что готов отправиться хоть сейчас. Генерал Грант полагает, что и мы поедем с ним.
Джон взял мелкий камешек и кинул вслед Китти. Она резко обернулась. Джон помахал ей рукой. Тревис отсалютовал с мрачной издевкой. Китти сердито помчалась вниз, споткнулась, кое-как сохранила равновесие и припустила еще быстрее.
– Тревис, – обратился к другу Джон, не скрывая тревоги, – как по-твоему, что будет дальше? Сработает ли план Гранта? Падет ли Юг под нашим нажимом?
– Да, да и да. Нам предстоит столкнуться с армией генерала Джозефа Джонстона. Шпионы доложили, что он перестроил армию Теннесси. Точно неизвестно, сколько в ней солдат, но скорее всего примерно столько же, сколько у нас. А нам с тобой и Сэмом как раз и поручено разведать, какими силами он располагает. И мне кажется, что так или иначе ждать осталось недолго и война кончится скоро.
– Ну а что ты станешь делать после войны? Разве об этом ты не задумывался?
Тревис, пожав плечами, продолжал следить за удаляющейся Китти.
– Насколько мне известно, Сэм собрался вернуться на болота. Ну а я скорее всего отправлюсь в Калифорнию.
– Это не ближний свет. Почему именно туда?
– Потому что это не ближний свет, как ты выразился, – ухмыльнулся он. – Но довольно обо мне, старик. Как насчет самого тебя и твоей фермы там, в Северной Каролине? Полагаешь, если мы победим, то ты сможешь вернуться туда, не опасаясь линчевания?
– Пожалуй, да. Там добрая земля, да и идти мне, в сущности, больше некуда. Война оставила множество ран, но я надеюсь, что люди постараются жить в мире, радуясь, что кровопролитию пришел конец.
Какое-то время они молчали, а потом Тревис задал вопрос, жегший его раскаленным железом:
– Джон, а как же с Китти? Что станет с ней?
