Слезы душили меня, они никак не могли пролиться и дать хоть какое-то облегчение моему горю: я навсегда потеряла своего брата, моего любимого товарища детских игр, моего защитника, который захотел сделать меня игрушкой в своих руках и послушной исполнительницей его плана получения власти. Свои знания об обычаях Дочерей Бога Камня, которые я раскрывала ему как самому близкому человеку, он использовал во вред моему племени. Я потеряла моего названного отца Славмира, который помогал ему, потеряла свою семью, которую очень любила, и не чувствовала себя с ней сиротой. И давно уже не было на этой земле моей любимой дорогой Олеи, воспоминания о ласковом материнском тепле которой грели меня все эти годы. Бесконечное одиночество сжало горло железной горькой хваткой, и не было мне счастья и спокойствия в этом мире.
- Иди в деревню Волхвов, я приду скоро,- пробормотала я тайно подобравшейся ко мне Велсе. Хотя Рысь уже подходил к крепостной стене своим скользящим кошачьим шагом, она, видимо, поняла, что я не хотела, чтобы он ее видел.
- Я лучше буду здесь, недалеко. Не беспокойся, я не помешаю тебе,- ответила она, недоумевая, почему столь обычное объяснение между будущим женихом и невестой привело меня в такое отчаяние.
Я сначала побрела по дороге не к крепости, вслед за Рысью, а обратно из города, но потом остановилась и посмотрел на озеро.
Глава 9.
Был уже полдень, и солнце палило нещадно, вспыхивая цветными бликами по серебристой поверхности воды, но холодный ветер, налетавший резкими порывами с севера, пробирался под мою тонкую вышитую рубаху, поэтому, несмотря на жару, было немного зябко. « Стать бы крошечной букашкой или ящеркой, заползти под листочек, в норку, ямку, скрыться ото всех или нырнуть в воду чтобы никого не видеть и не слышать!»- с горечью думала я, глядя на озеро.
Мои тяжелые мысли прервал мужской крик:
- Беги, Волхва! Беги! – прямо передо мной с дерева на дорогу спрыгнул прятавшийся здесь часовой, высокий рослый парень в короткой темной свите.- Беги!- крикнул он еще раз и оттолкнул меня к обочине, а сам изо всех сил помчался к крепости.
Руки и ноги мои онемели от мгновенно вспыхнувшего страха, я медленно, очень медленно отвела взгляд от берега озера и посмотрела на дорогу.
Из-за поворота послышался конский топот и лязгающий звук, а потом я увидела выехавший прямо на меня небольшой военный отряд из десятка вооруженных всадников. Рыжие лисьи хвосты развевались на высоких острых рогатинах, кольчуги и кожаные панцири с нашитыми на них железными пластинами угрожающе сверкали. Мощные руки держали наизготовку мечи, рогатые булавы и палицы, острые секиры серебристо сияли над их головами. Огромные мохноногие кони были в устрашающих кожаных масках на мордах с прорезями для глаз и рта, толстые звериные шкуры укрывали их спины и шеи. Такое полное вооружение дружинников доказывало, что они были готовы в любой момент своего движения ко всему и ринутся в бой при первом же возгласе своего командира, ехавшего впереди.
- Илга, беги сюда! Скорее! - закричала с обочины Велса.
Но я в каком-то оцепенении не могла даже пошевелиться, только сердце забилось часто- часто, и слега закружилась голова.
- Катерина! - от звука этого голоса необыкновенное волнение охватило меня, не было даже сил понять: что это? Наваждение?
- Катерина! - мгновенно соскочивший с лошади всадник в начищенной до блеска, сияющей серебром кольчуге бросился ко мне, на ходу отбрасывая с головы боевой шлем.
Я протянула руки к бегущему воину, и долго сдерживаемые слезы наконец хлынули у меня из глаз.
- Милая, ну что ты плачешь? – сказал он, останавливаясь возле меня, и, задыхаясь от волнения, прижал мои ладони к губам.- Я так мечтал о встрече с тобой! Ты снилась мне каждую ночь, Катерина, и я не знал, что со мной происходит… Ни на одну женщину я даже смотреть не мог. Пожалуйста, поверь мне…Даже если ты сейчас решишь прогнать меня, я лягу как пес у твоей двери и буду счастлив видеть хоть иногда край твоей одежды! Прости меня, Катерина, за все, что я сделал. Я люблю тебя и хочу быть с тобой…
Время остановилось. Его руки, чуть-чуть касаясь, скользнули по моим волосам и плечам, задрожавшим от его прикосновений. Потом он нежно приподнял пальцами мой подбородок и прикоснулся своими твердыми горячими мужскими губами к моим губам. Внутри меня все взорвалось тысячами искр. Его мягкий, но по-мужски властный поцелуй был словно огненная вспышка, поразившая, пронзившая до самого основания, до самой мельчайшей клеточки мое тело. Блаженная слабость охватила меня, я ощущала всем своим существом горячую мужскую силу, властность и энергию, вливающиеся в меня через столь нежный первый наш поцелуй. Если бы я умерла сейчас, в это мгновение, на моем лице сияла бы счастливая улыбка, с которой я унеслась бы в Вечность.
