Мельком бросив взгляд на графа, Каландра достала конверт и протянула Сэмюэлю. — Это вам, прочтёте и я надеюсь всё поймёте. Так как что внутри конверта, я не знаю, — она ещё раз посмотрела на мужа виноватым взглядом, — Я лишь знаю, что с Шеридан.
Сэмюэль поглядел на друга, тот лишь развёл руками и уставился на жену.
— Я тебе позже всё объясню, — шёпотом проговорила она.
Сэмюэль их уже не слушал, он вскрыл конверт и отошёл в сторону.
— И что всё это значит? — в недоумении обратился он к графине.
— Я бы тоже хотел знать, — понимая, что его обдурили, он негодующе уставился на жену.
— Не смотри так на меня, — сказала она графу, который судя по всему, начинает злиться, — Это был не мой секрет, даже не был, а есть. — Она глянула на Сэмюэля, — я же не знаю, что именно Шеридан там, — кивнула на лист в руке Лорда, — написала.
— Вот прочтите, — он протянул ей письмо, — И, умоляю, объясните мне всё.
Каландра быстро «пробежала глазами по бумаге», — Да, легче не стало, — графиня подошла к бару и налила вина, лишь после того как выпила большую половину бокала начала свой рассказ…
— Так Шеридан и придумала историю с браком, — она виновато поглядела на мужа, — а затем пришла за помощью ко мне. И естественно, я ей помогла, а что я могла поделать? Я понимаю, что он твой брат, но причинять боль моей подруге я не позволю!
— А на минутку предположить, что всё это ложь, ты не могла?!
— Нет! — повышенным тоном говорила Каландра, — Я верю Шеридан, ты не видел в каком состоянии она пришла ко мне, в тот вечер!
— Я не знаю, кто кого обманул, — заговорил Хью глядя на них обоих, — Но я имел честь наблюдать, в каком состоянии был Викториан в те злосчастные дни.
Сэмюэль быстро направился к двери, — Не уверен, что до конца понимаю, что там произошло, но совершенно точно, сегодня я это выясню.
Викториан покончил с отчётами, дела идут отлично, всё приносит свой доход. Он налил себе виски и стал у окна, наблюдая темноту. Последнее время вся его жизнь заключалась в работе, он посетил и навёл «порядок» на всех своих лесопилках, лично занялся документацией банка на Менчестер стрит. Ввиду чего пришлось даже поменять некоторое руководство оного. Слывший ранее игроком, ловелас повеса, герцог Ровендейл неизбежно приближался к грани самого богатого человека в Лондоне.
— Я сам могу себя представить!
Викториан обернулся на шум в дверях. Сэмюэль пытался пройти в кабинет, Джереми всячески его удерживал.
— Может, впустишь меня, друг? — обратился он Викториану.
Герцог жестом успокоил дворецкого, велел тому уйти, а сам отвернулся.
— Ну и прыткий же у тебя дворецкий, — он поправил пиджак, — Так и будешь там стоять или поприветствуешь старого друга?
Викториан вернулся за стол, — Виски? — холодно спросил он.
— Не откажусь. Что-то не вижу радости на лице, — говорил барон, садясь в кресло напротив Викториана. — Мы не виделись более семи месяцев.
— Мне что на шею к тебе броситься? — грозно спросил герцог. Само присутствие друга было невыносимо, напоминая о предательстве Шеридан.
— Нет, нет — он выставил руки вперёд, — но обычного как дела, не помешало бы.
Викториан держался всё так же молчаливо, потягивая виски.
— Ладно, — Сэмюэль поднялся, — раз уж ты так рад встрече старого друга, может, наведаемся в клуб или ещё куда? Соскучился я по здешним красоткам.
Викториан медленно поднялся, — Убирайся, пока я не прибил тебя!
— Да ладно тебе, — он улыбнулся, — вспомним старые времена.
Герцог схватил того и отшвырнул к двери, Сэмюэль ударился о стену.
— Ну, наконец-то. Если честно, я думал, что ты набросишься с кулаками, как только увидишь меня, на пороге своего кабинета. — Он поправил пиджак, — вы что сговорились сегодня? Сначала твой дворецкий, а теперь ты, пиджак совсем новый.
— Убирайся! — прорычал Викториан.
— Сначала я подумал, почему ты не пришёл ко мне тогда. Мы же друзья и ты мог всё спросить у меня лично, — он подошёл и налил себе ещё виски, не обращая на Викториана никакого внимания. — Но потом, — он повернулся, поднял стакан, призывая к тосту, сделал несколько глотков и продолжил, — когда я перечитал письмо Мисс Мелиорас, — Викториан заметно напрягся, — то понял, что когда оно было написано, меня уже не было в Англии. И моя вина лишь в том, что я не удосужился повидаться с тобой до своего отъезда. — Он протянул сложенный лист бумаги, — Читай! — приказал он, — и прошу заметить я уехал на три дня раньше.
