Запускаю беговую дорожку рядом с Тоней, не обращая на нее никакого внимания. Ставлю наклон «2», скорость «3» – быстрый шаг.
– Сегодня все-таки пришла? – цедит Тоня сквозь сжатые зубы.
Пропускаю мимо ушей. Вчера я заставила Брэдли ждать меня возле спортклуба, но Тоня тоже ждала меня – в зале. Она что, думает, я с ней разговариваю?
– Трой подойдет к нам в десять, – говорит Тоня, повышая уровень наклона до «3».
– Я не собираюсь заниматься с Троем, – увеличиваю скорость до «3,5». – Ты не хочешь по крайней мере извиниться?
Она бросает взгляд на мой экран, увеличивает наклон и скорость до «4», не говоря ни слова.
Стерва. Я ставлю такую же скорость.
– Не хочешь? В самом деле? – отпиваю воды, чувствуя новый прилив злости. – Ты сказала мне, что он изменяет… – Несколько быстрых вдохов. – А оказывается, с тобой. С тобой!
Тоня изумленно вытаращивает на меня глаза.
– Погоди. Это из-за Шейна? В колледже? – Она качает головой. – О господи!
– Да, о господи. Могла бы по крайней мере извиниться.
– Кенз, та история с Шейном случилась миллион лет назад, – пыхтит она. – Это ничего… не… значило…
– Это значило все! – соскакиваю с ленты на боковые подставки и злобно смотрю на нее. – Ты сказала, что он мне изменил! – Мой спокойный и холодный тон становится раскаленным добела. – Я тебе полностью поверила!
Тоня тоже соскакивает с ленты и делает глубокий вдох.
– Ты собиралась все бросить и мчаться за ним в Англию.
– А ты решила вмешаться в мою жизнь?
Поверить не могу. Всю мою злость – на маму, на Брэдли, на Шейна и, наконец, на нее – вкладываю в вопль:
– Знаешь, кто ты, Тоня? Та подлая лгунья! – едва произнеся это, понимаю, что говорю слишком громко. Люди вокруг слышат меня. Брэдли даже испуганно оглянулся.
– Убавь звук, ради всего святого! – Тоня вытирает лоб полотенцем и возвращается на ленту. – Давай откровенно: он мог бы сказать тебе, что это я, мог бы умолять тебя простить его. Но он этого не сделал! Вот из-за чего ты на самом деле злишься.
Ее слова бьют мне прямо в сердце.
– Да пошла ты! – Мое лицо полыхает от гнева и адреналина, я тоже прыгаю обратно на ленту и ставлю скорость «5». Мои кроссовки теперь топают по резиновой поверхности довольно быстро.
Это уже серьезная пробежка.
Она ставит такую же скорость и поднимает наклон не на один уровень, а два. Наклон «9»!
Увеличиваю скорость до «5,5» и поднимаю наклон до «10». Капли пота стекают по лицу. Ноги у нее длиннее моих, и это настоящий бег. В гору.
Она пыхтит, взглядывает на мой экран, потом на меня. Не смей…
Бац. Наклон «12». Ее волосы прилипли к лицу, но она не может отпустить поручни, чтобы их убрать.
Машина имеет наклон максимум «15». Я знаю, к чему это идет. Тоня всегда конкурирует со мной. И сейчас я не позволю ей выиграть. Ни за что!
Жму на кнопку и держу ее, доходя до «13».
Вот тебе! Чтобы не вылететь с ленты, держусь за поручни обеими руками. Мои ноги бегут где-то сзади, издавая громкое топ-топ.
Тоня стреляет в меня острым взглядом. Мой аппарат подает звуковой сигнал и мигает предупреждение: «Замедлить».
Замедлить. Мой пульс – 175!
Нет! Сегодня все против меня. Ноги стучат по ленте, машина продолжает подавать звуковые сигналы, двигатель громко визжит.
Тоня жмет кнопки, и наклон растет до «14». Я не хочу поднимать до «14». Вот черт! Это просто смешно. Она наклонилась к машине, сжимая руками поручни, и старается не отставать.
Мы громко топочем, на полном ходу припуская в гору. Выглядим, наверное, как безумные. На нас теперь все смотрят. Слышу, как вокруг собирается народ, чтобы поглазеть на этот парад глупости.
Между нами вырастает Трой. Лыбится, как идиот, и скандирует:
– Да-вай, да-вай, да-вай!
Остальные присоединяются к нему:
– Давай, давай, давай!
Тоне плевать на мои чувства. Маме плевать. А Брэдли? А Шейна мои чувства когда-нибудь заботили? С меня довольно. В фильме «Как отделаться от парня за десять дней» Энди, персонаж Кейт Хадсон, спрашивает Бена: «Правда или ложь, что в любви и на войне все средства хороши?» То, как он ответит, определяет, насколько сильно она испортит с ним отношения.
Ну а я отвечаю: «Неправда». Это несправедливо! И мне надоели люди, которые вмешиваются в мою жизнь и постоянно мне врут. Если Тоня хочет войны… Отрываю руку от поручня и хлопаю по кнопке!
Беговая дорожка ползет вверх. Уровень «15»!
Максимальный!
Ха! Я победила!
Толпа вокруг одобрительно взревела.
Трой выключает наши машины, и беговые дорожки медленно останавливаются.
Ох. Слава богу.
Мы обе садимся на пол, обливаемся потом и задыхаемся. Черт, мне не хватает воздуха. Меня тошнит. Тоня прикрывает рот рукой и несется в сторону туалета. Брэдли провожает ее взглядом, потом вопросительно смотрит на меня. И спрашивает мимикой: «Что с ней?»
Это все, что его интересует? Клянусь, если он подойдет сюда и хоть что-нибудь скажет, я окончательно слечу с катушек.
Сегодня пятница. Я с головой ушла в создание новой концепции для «Керидж-Хаус». Все утро рисовала макеты – не настоящими красками, а с помощью графического редактора, стилусом на планшете.
