– Я… э-э… – Рэнд неловко мнется, затем следует за Элли.
Ну и правильно.
В дверь снова стучат. На этот раз за дверью стоит Серый Волк. И его большая ложь. Ну, технически он не лгал, но – утаил. Он знал о Тоне и Брэдли. Моя здравомыслящая часть советует ему не доверять.
Но есть еще настойчивый тихий голосок, который радостно прыгает и напевает: «Он здесь, он здесь». Этот голосок бросает в воздух блестки.
Закрываю один глаз и приникаю другим к дверному глазку. Даже искаженный линзой, он выглядит отлично. Темные волнистые волосы, медово-карие… Ой, он смотрит на меня. Я быстро отскакиваю. Он ведь не может меня увидеть? Или может?
– Кенсингтон, пожалуйста, впусти меня.
Ручка двери поворачивается влево, затем вправо.
Я подхожу ближе к двери.
– Не сейчас.
Никакой на свете зверь не ворвется в эту дверь, хочется мне добавить. Но я и так уже напоминаю сумасшедшую; не стоит усиливать это впечатление. Я прислоняюсь спиной к двери.
Дверь слегка дрогнула под его весом, когда он прислонился к ней с той стороны.
– Ладно. Я все равно не уйду, поговорим так.
– Ну, как хочешь.
Мне следовало бы просто уйти. Не стоять здесь. Однако ноги будто приросли к полу. И, по справедливости, я должна оказать ему ту же любезность, что оказала Брэдли, так ведь? Я поворачиваюсь к двери боком.
– У тебя единственный шанс сказать правду. Я спрашиваю, ты отвечаешь. Договорились?
– Спрашивай.
Внутри все сжимается. Я не готова. Что именно я хочу спросить? Почему ты не сказал мне о Брэдли и Тоне? Знаешь ли ты про Клайва? Смогу ли я снова тебе доверять? Почему ты оставил у себя мои картины?
И тихий голосок в моей голове: «Как ты ко мне относишься?»
– Кенсингтон?
– Ты знал о Тоне и Брэдли с самого начала. Почему ты ничего не сказал?
– А ты бы мне поверила? Честно? После того что было раньше? Это только сильнее оттолкнуло бы тебя от меня. Нет, ты должна была сделать выбор сама.
Я порвала с Брэдли раньше, чем узнала о беременности и что он мне изменяет. Так что я сделала выбор сама. И да, Шейну я, вполне вероятно, не поверила бы. В самом деле, я разозлилась на него уже за одно то, что он говорил, будто Брэдли мне не подходит.
Черт. Он совершенно прав.
– Кенсингтон?
– Хорошо, понимаю. – Со следующим вопросом чувствую новый прилив негодования. – Но почему ты не остановил меня, когда мы с Элли уезжали? Ты просто дал мне уйти.
– Я пытался тебя остановить, но… ты ведь не отдала ему кольцо, – тихо говорит Шейн.
Тоже верно. Глажу дверь ладонью.
– У меня его больше нет, – клянусь, я ощущаю его через дверь. Закрываю глаза. Давай скажи это. – Шейн, мне нужно знать… что, по-твоему, происходит между нами? Чего именно ты хочешь? Потому что я все еще хочу выйти замуж, иметь семью…
Выдох. Я отправила свой вопрос. В космос. На этот раз мне нужен ответ.
Пауза. Самая длинная, самая мучительная пауза в истории мира.
Дверь чуть дергается. Ну, скажи же хоть что-нибудь. Пожалуйста.
Снова выглядываю в глазок. Дыхание перехватывает. Он ушел? Ушел! Я его больше не вижу. Только пустую лестничную площадку и коридор. Открываю дверь и высовываю голову наружу.
Шейна нет.
Взволнованный голосок, сыпавший блестками, теперь злобно швыряет их в меня, крича: «Ты все испортила, ты показалась ему слишком требовательной, и он не хочет всего того, что тебе нужно! Не хочет».
Но я-то хочу.
И больше ничего не имеет значения.
Я закрываю дверь, растерянная, раздраженная. Диван меня ждет, так что я хватаю телефон, бегу в гостиную и плюхаюсь на подушки. Мысли в голове кружатся роем.
Какой был смысл ему приходить сюда?
Просматриваю хронику на «Фейсбуке». Кто-то выкладывает фотографии блюд, которые приготовил себе на ужин, кто-то приглашает народ сыграть в покер. Заглядываю в электронную почту. Новое сообщение от Шейна! В теме письма написано: «Обновленный список». Открываю.
1. «Неспящие в Сиэтле».
3. «Дневник Бриджит Джонс».
7. «Реальная любовь».
8. «Скажи что-нибудь».
И все? Просто список. Никакой приписки, ничего. Читая названия фильмов, я невольно вспоминаю все эпизоды, которые мы с ним проиграли. И не понимаю. Не понимаю, что он делает. Зачем он пришел, почему вдруг ушел?
Склонив голову набок, прислушиваюсь к звукам с улицы. Звуки становятся громче.
Это музыка. Музыка?
Выключаю телефон и прислушиваюсь. Мелодия и слова мне знакомы. Я знаю эту песню: Питер Габриэль «В твоих глазах».
Боже мой!
Это из фильма «Скажи что-нибудь»! Он устроил эпизод из «Скажи что-нибудь»!
В фильме Диана Курт не выглядывает в окно. Она не видит, что там стоит Ллойд Доблер, не видит, какое несчастное у него выражение лица. Нет, она просто лежит в кровати и слушает песню, звучавшую в ту ночь, которую они провели вместе. Она не знает, что он стоит на улице и что каждое слово песни обращено к ней.
Я улыбаюсь сквозь счастливые слезы. Я не Диана Курт, я Кенсингтон Шоу, и мне не терпится выглянуть. Подхожу к окну и раздвигаю шторы.
