Леваков мысленно улыбнулся, ведь деталь стоила прилично. Раз босс разошелся, почему бы и нет. Он согласился и даже прикинул, сколько времени понадобится для расчетов и какую потом можно будет провести рекламную кампанию для привлечения новых клиентов. Ведь они смогли бы обслуживать больше машин, если поднять скорость работы. Соответственно, и денег заработать получится больше, как мастерам, так и собственнику.
Проблем с просчетами не возникнет, не зря же Антон проучился три года в университете на экономическом. Да и графики он строить умел, и стратегии рисовать, оставалось только применить полученные знания на практике. Возможно, выйдет что-то годное.
На радостях Леваков скупил все свечки в магазине и тайно подложил их под дверь Юльке. Вдруг она вернется домой, а света так и нет…
Душа требовала услышать голос Снегиревой. Антон честно сдерживался, расхаживал по комнате, держа в руках телефон. Смотрел на экран, затем в потолок и снова на экран. Нет. Надо успокоиться. За окном портилась погода, и Леваков решил приоткрыть дверцу на балкон, чтобы пустить свежий воздух в комнатку. Чуть не попался на глаза Снегиревой: оказывается, она стояла на балконе, укутанная в накидку, и держала в руках свечку. Внутри у него будто что-то треснуло от тоски по любимой девушке.
Антон сделал шаг назад и махнул на мужские принципы. Какая разница, когда он добьется высот? Люди должны быть вместе в любую минуту, даже в ту, когда ты из себя ничего не представляешь. Проведя пальцем по экрану, Леваков набрал сообщение. Всего одно слово, глупое «привет», а нервничал, словно предлагал завести детей и взять ипотеку.
Из открытой двери послышался звук рингтона, видимо, Юлька держала телефон где-то поблизости. Подкравшись и спрятавшись за шторами, Антон притаился, ожидая ответ.
– Антон! – воскликнула Юля и зажала рот ладонью, но даже сбоку было видно ее улыбку. Леваков и сам не смог сдержать радость, кажется, в его груди загорелись звезды.
Мобильный вспыхнул, хорошо еще, что стоял на беззвучном. Антон опустил взгляд, читая входящее сообщение.
Кажется, девчонка не решилась написать то самое, поэтому ее инициативу подхватил Антон.
И прежде, чем пришло ответное сообщение, Леваков услышал, как Юлька сказала вслух:
– Я и так всегда тобой гордилась, дурачок.
Леваков спустился по стенке, усаживаясь рядом с открытой дверью на балкон. Ветер играл с занавеской, касался его рук и щек, но холодно не было. Наоборот, в груди словно бушевал пожар, а на лице сверкала улыбка. Пусть Юлька и была за стенкой, но она здесь, она почти рядом. Он ощущал ее присутствие каждой клеточкой, каждым волоском.
Юлька засмеялась, а потом всхлипнула. Антон даже наклонился, чтобы разглядеть, реально ли она плачет. В темноте было плохо видно, только блики от горящей свечки отражались в глазах этой боевой девчонки, от которой сердце и разум сходили с ума.
Леваков писал искренне, ведь он, в самом деле, держался, чтобы прямо сейчас не кинуться к Снегиревой. Душа изнывала, выворачивалась наизнанку. Но желание достичь чего-то большего, тем более когда появились первые предпосылки, брало верх. Еще немного, и он придет к ней и расскажет о своих успехах с гордо поднятой головой, как и полагается настоящему мужчине.
