Но в домах аристократов любили хвастаться подобными коллекциями. От нашей осталось не так уж и много, но она бережно мной хранилась.
Понятно, что мой отец искусству фехтования обучен не был, а женщинам в нашем обществе не принято брать оружие в руки, поэтому мне приходилось быть изобретательной, чтобы научиться тому, чему, наверное, учиться не следовало.
Хотя здесь большую роль все-таки сыграл случай. В детстве, чтобы позаниматься с дневниками деда, я уходила на окраину города. Не то, чтобы я не могла делать этого дома, но все же предпочитала, чтобы рядом никого не было. Это уже позже я оборудовала в подвале дома что-то вроде лаборатории, а тогда я только училась и боялась нечаянно что-то взорвать.
Перед городскими воротами летом в лучах солнца представала просто идиллическая картинка. Зеленый луг, голубая речка с деревянным мостом, на берегу которой я и устраивалась. Вокруг ни души, лишь невдалеке стояли несколько невзрачных домов. Они всегда казались мне заброшенными, но я ошибалась. В одном из них жил Аллан Доэрти. Отставной военный, получивший серьезную травму в бою, после которой уже не смог вернуться на службу. Пока он защищал границу нашей родины, о своей личной жизни не думал, поэтому семью не завел. А потом и вовсе оказался никому не нужен. Банальная история, в общем. Поселился на окраине Клаувера, практически отшельник. Но боевое прошлое не забыть и, чтобы не потерять себя окончательно, он каждый день тренировался. Одну из таких тренировок я однажды случайно и подсмотрела. Да, соперника у него не было, но от этого зрелище было не менее красивое и завораживающее. Словно танец, только вместо музыки мне слышался звон металла.
Этот человек и обучил меня премудростям боя, просто потому, что ему было скучно, а мне — безумно интересно.
Прошло десять лет, год назад Аллана не стало, но его слова о том, что мне стоило родиться мужчиной, потому что у меня несомненный талант, засели глубоко в душе. Нет, не про мужчину, а про талант. К сожалению, у меня не получалось тренироваться каждый день. Проблемный отец, учеба, работа — все это съедало много времени. Но я помнила его слова и каждую свободную минуту посвящала тренировкам. Поэтому и хранила эти пару десятков клинков, боясь потерять то немногое, что приносит удовольствие.
Мама ворчала на мое увлечение, но не запрещала. Только не хотела, чтобы кто-то знал, но эту проблему я решила — поскольку тренировалась на заднем дворе, просто начертила на ограде руну иллюзии. Усовершенствованную, конечно. Совмещенную с руной тишины. Даже если кто-то и посмотрит в эту сторону, увидит просто пустой двор и ничего не услышит.
Эйдан появился через неделю. Мама была в лицее, а в кафе мне нужно было только к вечеру, поэтому я решила немного потренироваться и вышла на задний двор. Проверила целостность рун и на какое-то время выпала из реальности.
Но я забыла запереть входные ворота и Эйдан спокойно вошел. Естественно, действие рун распространялось лишь на тех, кто находился по ту сторону ограды. А с этой стороны было прекрасно видно, что именно здесь происходит. Я настолько слилась с оружием и ушла в себя, что очнулась, лишь услышав за спиной громкие хлопки.
Резко развернулась и увидела неприлично довольного, улыбающегося Эйдана О’Флаэрти.
— Ты, — выдохнула, не то, испугавшись, не то разозлившись.
— Я. — Он внимательно посмотрел на меч в моих руках. — Не знал, что ты владеешь оружием.
— Это просто увлечение, ничего серьезного.
Я старалась говорить, как можно спокойнее. Об этом вообще никто не знал, кроме мамы. Мне бы хотелось, чтобы так оставалось и дальше, поэтому сейчас я мысленно ругала себя за забывчивость.
— Конечно, — он задумчиво кивнул.
А потом медленно подошел к низкому столику, на котором лежало еще несколько клинков. Взял один из них и стал рассматривать. Я не поняла, в какой момент он резко выбросил руку вперед, но среагировала моментально. Лезвия схлестнулись со звоном, отдающимся в ушах, а Эйдан продолжал атаковать. Я отбивала удары один за другим, и недоумение сменилось злостью. Я никак не ожидала, что этот человек владеет мечом, да еще так мастерски, все же на военного он не похож.
Наконец, расстановка сил поменялась, мне удалось уйти от атаки и начать атаковать самой. Внезапный бой закончился очень быстро, всего несколько ударов и меч из руки Эйдана полетел в траву, а сам он с трудом устоял на ногах.
Он посверлил взглядом, лежащий на земле меч, а потом посмотрел на меня и улыбнулся. И от этой улыбки у меня по спине пробежал холодок. Да, он застал меня врасплох, но все же не стоило ему показывать, на что я способна.
— Очень интересно, — протянул он.
— Что именно?
Обойдя меня, он нарочито ленивой походкой направился к ограде, и продолжил:
