Обе прекрасно понимали, что такие моменты — редкость. Полина часто закапывалась в бесконечные задачи и проекты, не замечая, как стремительно уходит время. Она привыкла к этому постоянному движению, которое оставляло мало места для личных встреч. А вот для Насти время было настоящим дефицитом. Быть врачом — для неё значило отдавать себя работе полностью, как физически, так и эмоционально. И далеко не всегда находились силы для общения с подругами и походов куда-то. Но такие вечера всегда были чем-то особенным. Напоминанием, то в жизни, даже когда она кажется заполненной до краёв обязанностями и заботами, всегда есть место для простых радостей — для разговоров о жизни, для смеха, для тепла и поддержки.
На прощание они крепко обнялись, не скрывая тёплого чувства благодарности друг к другу за этот вечер. И, как всегда, пообещали звонить почаще, несмотря на ритм жизни и все те обязательства, которые каждое утро накидываются на плечи. В этот момент они были уверены, что несмотря ни на что, всегда смогут найти время друг для друга.
Апрель в Петербурге — это всегда театральный экспромт с непредсказуемой погодой в главной роли. Сегодня город снова напоминал о своём особом характере: утреннее небо было затянуто серыми тучами, угрожавшими прохожим проливным дождём, но где-то на горизонте уже робко пробивались лучи солнца. Полина выбежала из дома, на ходу застёгивая лёгкое пальто. Шарф, небрежно накинутый на шею, весело развевался под порывами ветра, а её каштановые волосы, будто специально, путались в хаотичные завитки.
В одной руке Полина крепко сжимала термокружку с горячим чаем — маленький островок уюта и тепла в серой утренней хмари, а в другой — сумку, полную рабочего инвентаря: ноутбука, блокнота, зарядного устройства и, конечно, горсти мелочей, которые она бросила туда «на всякий случай». Ключи, леденцы, ручки, бумажки — всё это бессистемно перемешалось, как и её утренние мысли.
На часах было восемь утра, и Полина активно ругала себя за то, что потратила лишние пять минут на бессмысленное листание новостной ленты вместо того, чтобы вовремя выйти из дома. Эти пять минут сейчас казались решающими: автобус, как назло, вот-вот должен был уйти, а новый появится не скоро. Она ускорила шаг, стараясь игнорировать пронизывающий ветер, который пытался развернуть её пальто, и лужи, в которые так и норовили попасть её ботинки.
Сегодняшний день выбивался из привычного ритма её удалённой работы. Вместо того чтобы с утра удобно устроиться за своим рабочим столом у окна с видом на Обводный и в тишине решать текущие задачи, ей предстояло окунуться в совершенно иной ритм. Нужно было отправиться в офис компании, что уже само по себе добавляло суеты. День обещал быть насыщенным и напряжённым: Полине предстояло заняться другими задачами отдела PR, которые никто не отменял. Обсуждение текущих кампаний с пиарщиками, уточнения деталей у непосредственного руководителя и визит в бухгалтерию для подписания очередных документов — всё это требовало её присутствия в офисе. Утренний созвон с командой по it-проекту только добавлял напряжения: ей предстояло лавировать между задачами, сохраняя максимум спокойствия и оптимизма.
Ещё немного, и автобусная остановка оказалась в поле её зрения. Полина торопливо пересекла дорогу, стараясь не скользить по влажным тротуарам, и буквально влетела на остановку в тот момент, когда подъехал автобус. Протискиваясь внутрь, она почувствовала, как толпа пассажиров уже успела занять почти всё пространство. Утро Петербурга явно собрало на этот маршрут всех тех, кто тоже отчаянно спешил на работу или учёбу. Полина, балансируя с сумкой и термокружкой, попыталась найти уголок, где её утренний груз не доставлял бы неудобств окружающим.
Автобус с громким скрипом закрыл двери, и Полина едва успела ухватиться за поручень, прежде чем транспорт дёрнулся вперёд. Вокруг всё смешалось: обрывки разговоров, недовольные возгласы о переполненном салоне и шуршание одежды пассажиров, толкавшихся на поворотах. Кто-то негромко обсуждал погоду, упрекая весну в её вечной капризности, кто-то строил планы на день, а сзади раздавались возмущённые замечания пожилой женщины, пытавшейся найти место.
Полина, стараясь не погружаться в чужие разговоры, направила взгляд в окно. Петербург за стеклом продолжал завораживать, разыгрывая свой привычный погодный спектакль в жанре нуар. Серые здания, слегка размытые от дождя, будто припали к каналам, задумчиво отражая собственный облик в мутной воде. Лёгкий туман стелился над улицами, добавляя кадрам из окна загадочности. Мосты сменяли друг друга, как декорации в театре, а редкие солнечные лучи, пробивающиеся сквозь облака, золотили макушки домов, словно обещая: дождь — это только начало, а дальше будет лучше. Полина, затаив дыхание, смотрела на этот живой город, забывая о толчках автобуса и гомоне вокруг.