— И тебе спасибо. Ты был хорош, — ответила она, чуть склонив голову ему навстречу.
Он не ответил. Просто чуть крепче сжал её в объятиях, давая понять, что услышал и понял. Полина неосознанно задержала дыхание, но вместо того, чтобы анализировать ситуацию, просто позволила себе быть в этом моменте.
И не только обнять.
Словно почувствовав её внутренний порыв, Сергей развернул её к себе, их взгляды встретились, и в следующий момент он наклонился ближе, легко, но уверенно прижимая её к себе. Полина едва успела вдохнуть, прежде чем его губы коснулись её губ, сначала мягко, пробуя, а потом глубже, насыщеннее. В этом поцелуе было всё: благодарность, накопившееся напряжение, то невидимое притяжение, что связывало их последние недели.
Их поцелуй стал глубже, насыщеннее, горячее.
Полина чувствовала, как его ладони уверенно скользнули вниз, обхватывая её за талию, затем ещё ниже, крепко, но нежно. Его пальцы легко сжали её бёдра, притягивая ближе, так, что между ними не осталось и сантиметра. Он целовал её так, будто хотел наверстать каждую секунду, когда они сдерживали себя, когда говорили «надо оставаться профессионалами», когда делали вид, что не чувствуют этого напряжения между ними.
Она инстинктивно прижалась сильнее, её пальцы потянулись к его шее, зарылись в волосы, позволяя себе забыться. Голова слегка кружилась — то ли от недостатка воздуха, то ли от его близости, от этого жара, который вспыхнул между ними.
Жадно целуя своего руководителя по важнецкому проекту, которому они только что дали ещё больше возможностей для успешного завершения, Полина мельком подумала, что в удалёнке есть ещё один неоспоримый плюс. Вряд ли они могли бы позволить себе такое посреди рабочего дня в офисе. Ну и ещё о том, что её тлетворное влияние всё-таки пробило брешь в железобетонном соблюдении профессиональных норм во время рабочего времени — вон как активно он участвует, сжимая то, что у неё пониже спины и не давая отстраниться.
Но отстраняться она и не собиралась.
Его губы переместились к её скуле, затем к линии челюсти, оставляя после себя горячие следы, а у неё не было сил думать ни о чём другом. В этот момент не существовало ни рабочих чатов, ни дедлайнов, ни списка задач. Был только он — его руки, его дыхание, его голос, когда он шепнул у самого её уха:
— Ты сводишь меня с ума.
И пусть звонки продолжали приходить в рабочий чат, пусть ноутбук всё ещё был включён, а за окнами шумел уже по-летнему нарядный Петербург, в этот момент всё это не имело значения.
В тот день они ещё раз обсудили её стратегию вывода проекта на рынок за обедом. Это был не просто обед, а настоящий кулинарный шедевр, приготовленный Сергеем. На столе стояло ароматное ризотто с белыми грибами, бокал виноградного сока и свежий салат с мягким сыром и орехами. Полина сделала первый осторожный кусочек, и её глаза округлились от восхищения.
— Ты же айтишник, откуда ты так готовишь? — с любопытством спросила она, не в силах оторваться от тарелки.
Сергей слегка улыбнулся, его взгляд стал мягким и немного задумчивым.
— Меня учила бабушка. Она была поваром в небольшой столовой, но готовила так, что её блюда могли бы подавать в лучших ресторанах. Когда я был маленьким, она часто брала меня на кухню и показывала, как правильно резать овощи, как раскатывать тесто или тушить мясо. Тогда мне казалось, что это магия: простые ингредиенты соединяются во что-то удивительное, меняют вкус, цвет, аромат. Я мог сидеть часами, наблюдая, как она готовит.
Полина улыбнулась, представляя маленького Сергея на кухне, сосредоточенного и серьёзного, с ножом в руках, который, скорее всего, был слишком большим для его ладоней.
— Я даже думал пойти на повара, — добавил он, неожиданно.
— Серьёзно? — её глаза расширились.
— Да. В 16 лет был уверен, что это моё призвание. Даже подал документы в кулинарный колледж.
— И что случилось?
Сергей на мгновение отвёл взгляд, будто вспоминая что-то далёкое, и затем, чуть усмехнувшись, ответил:
— Передумал.
— Вот так просто?
Он слегка пожал плечами, но в его глазах промелькнула какая-то тень.
— Почти. Тогда все вокруг твердили, что у меня слишком высокий интеллект, чтобы «портить» его на кухне. Семья, учителя… Даже бабушка, хоть и учила меня готовить, говорила, что это отличное хобби, но не профессия для человека, который может больше. Она-то как раз мечтала, чтобы я стал инженером или программистом.
Полина наклонила голову, чувствуя, что за этими словами кроется нечто большее, чем просто смена карьерных планов.
— Ты жалеешь?
Он усмехнулся, чуть поворачивая вино в бокале.
— Иногда. Когда режу лук или мешаю соус, думаю, что в параллельной вселенной есть другой я, который носит поварской китель и работает в каком-нибудь уютном ресторане. Но… если бы я пошёл в повара, вряд ли оказался бы здесь с тобой.
Полина почувствовала, как от его слов внутри стало тепло. Она улыбнулась и, не думая, легко коснулась его руки.
— Значит, всё сложилось так, как должно было.