Любовь на винограднике полностью

ЗИНФАНДЕЛЬ показывает «язык» ГРИНЬОЛИНО. ПИНО изучает его специальным молоточком.

Нет, здесь тоже все в порядке. Вы напрасно волнуетесь.

ГРИНЬОЛИНО. Какое — «в порядке», когда она разучилась им пользоваться.

ДОКТОР. Ну знаете ли, у языка столько назначений, что довольно трудно потерять их все сразу…

ПИНО продолжает любовно изучать язычок ЗИНФАНДЕЛЬ, в то время как АРЛЕ КИНО и СЕЭРА к великой досаде ГРИНЬОЛИНО отвлекают его.

ДОКТОР. Один чудак сказал, что если бы язык был дан человеку для спора и насмешек, то человек был бы глух и слеп. Если бы это было так, эволюция бы давно завершилась. Без общения нет жизни. Главное средство общения — человеческий голос — божественнейший из инструментов. С одной стороны, голос хорошо защищен, с другой — нещадно эксплуатируется — конечно, если не говорить о влюбленных. У него два верных помощника — нос и язык. Если бы не нос, что бы дарило нам радость от благоуханий, дурманящих до потери сознания? А разве не язык порождает слово — основу мироздания, воплощающую строгость мысли и высоту чувств! К тому же что может тоньше и точнее передать трепетную сладость поцелуя забывшихся от страсти губ…

ЗИНФАНДЕЛЬ и ПИНО целуются. ГРИНЬОЛИНО наконец удается вырваться из рук преследователей.

ГРИНЬОЛИНО. Доктор, да прекратите же вы свои исследования! От вас требуется, чтобы моя жена могла разговаривать, когда мы поженимся — и больше ничего.

ДОКТОР. Ах, вот оно что! Но для этого мне надо обследовать и ваш язык. Не бойтесь, это не больно. Зато сразу станет ясно, сможете ли вы успешно общаться. Ведь если в языках согласья нет…

Теперь открывает рот ГРИНЬОЛИНО. ПИНО с помощью медицинского инструмента подвергает его мучительному испытанию.

ДОКТОР. … то беседы, скажите «ааа»

ГРИНЬОЛИНО. ааа… Кх!

ПИНО со всей силы прижимает язык ГРИНЬОЛИНО

Или ссоры, «ааа»

ГРИНЬОЛИНО. ооо… йок!

Треплет его за язык в разные стороны.

И пустые разговоры,

Пенье, чмоканье, шипенье

Не дадут удовлетворенья, «ааа»

ГРИНЬОЛИНО. «уаа… ой!»

Щелкает его по языку.

А любовное общенье

Будет сплошь одно мученье!

скажите «ааа».

ГРИНЬОЛИНО. «ааа» хваа — аа!

ПИНО целует ЗИНФАНДЕЛЬ, которая падает в его объятья

ГРИНЬОЛИНО. чтоо…оо!

ДОКТОР. Да, забыл, некоторые еще любят сквернословить.

ПИНО зажимает язык ГРИНЬОЛИНО, который, замерев от боли, чертыхается, задыхаясь.

Пауза позволяет АРЛЕ КИНО и двум девушкам пуститься наутек. Такси выписывает замысловатые виражи, пытаясь уйти от преследования ГРИНЬОЛИНО.

«Доктор» всячески ему «помогает», что в решающий момент лишает ГРИНЬОЛИНО возможности их поймать. Все четверо исчезают за кулисы.

Высохший виноградник. ВОЛШЕБНИК, как и в первой картине, стоит около двух Лоз, на плечах у которых лежит мотыга, изображающая забор. По ту сторону забора в свете полой луны виден ПИНО.

АРЛЕ КИНО за руки ведет в темноте ЗИНФАНДЕЛЬ. Увидев ПИНО, она бросается к нему, но останавливается у забора.

ЗИНФАНДЕЛЬ. Пино, я так скучала в разлуке!

ПИНО. Зинфандель, когда я вижу тебя, то забываю обо всех страданиях. Наша любовь не знает преград.

ВОЛШЕБНИК щелкает пальцами, и «забор» падает. ЗИНФАНДЕЛЬ и ПИНО бросаются друг к другу в объятья и замирают в поцелуе.

АРЛЕ КИНО. Разве это не сказка? Юноша встретил девушку, и они полюбили друг друга. А почему? А потому что у них есть настоящий друг — Арле Кино. Это о том, что такое жизнь. Жизнь — это сны наяву.

АРЛЕ КИНО, довольный исполненной миссией, отхлебывает вина, затем берет в руки мотыгу и всей сцены мурлыкает под нос мелодию. Свет гаснет…