Макс до боли стиснул зубы, и несколько раз с силой провел руками по лицу. Какая хитрая и подлая с…ка! А он предупреждал ее не лезть. Сколько, оказывается дурости и гнили может быть в профессиональной и умной бабе. Уму непостижимо! Пять лет совместной работы, кучу бессонных ночей, понимание с полуслова – все продала ради своего передка.
Макс не стал медлить. Мгновенно приняв решение, он предпочел не откладывать неприятную миссию и зашел в кабинет Завьяловой. Та сидела за столом и, как ни чем ни бывало, правила верстку очередного номера.
– Максим Леонидович, как приятно вас видеть в этом кабинете, – радушно встретила его она, но увидев выражение лица, поперхнулась на последнем слове.
Они оба молчали, пока он аккуратно усаживался на стул напротив.
– Зачем? – спросил он коротко, устало глядя на нее.
– Не понимаю, о чем ты? – фальшиво удивилась Ксения, гадая, почему он вообще пришел. Разве он не должен был после грандиозного скандала, крики которого донеслись даже до ее кабинета, проклясть всех женщин на свете и уехать заливать свое горе вином? Девяносто процентов ее знакомых мужчин так бы и поступили, но только не этот сукин сын!
– Ах, ты не понимаешь! – внезапно заорал Макс, – Редакционный фотоаппарат сюда, живо!
– Вся аппаратура у фотографа, ты же знаешь, – попробовала возразить Завьялова.
– Не строй из себя дуру! Где редакционный Nikon?
Ксения встала, на ватных ногах дошла до полки и подала фотоаппарат Максу.
Ничего страшного, – уверяла она себя, – фотографий нет ни там, ни в компьютере, а значит, с меня взять нечего.
Тот зашел в настройки, пощелкал пару минут и жалостливо посмотрел на Завьялову.
– Ты даже не догадалась сделать другую нумерацию для тех снимков? Твоя последняя фотография была под номером 0005267, а то, что удаленные снимки будут иметь нумерацию, следующую за этим, ты понять не смогла?
Ксения похолодела. Макс внимательно следил за ее реакцией и удовлетворенно кивнул.
– То есть снимки за номером 0005273 могли быть сделаны только с твоего фотоаппарата – это понятно?
Ксения молча сидела, пока еще не осознавая всей величины свалившейся на нее катастрофы.
– И знаешь что самой обидное? – вкрадчиво, почти ласково произнес Макс, наклоняясь к ней. – Что ты руководствовалась обычной бабской ревностью, но подставила меня как босса и как руководителя компании. И теперь я не смогу тебе доверять ни в чем.
– Макс, подожди, – хрипло попыталась объяснить Ксения.
Я люблю тебя уже давно и безнадежно! И это был мой последний шанс встряхнуть тебя! Показать, что я, я самая незаменимая женщина на свете. Тот, кто будет любить тебя как никто и никогда! – Эти слова ей хотелось выкрикнуть ему, но из горла вырвался только невнятный сип. Да и Макс не дал ей ничего сказать.
– Раз ты такой специалист по планированию, значит, я поступаю так. Назначаю аудит с завтрашнего числа, после выпуска очередного номера. Аудит пройдет плохо, в этом я уверен, или даже хорошо, но для тебя это уже не будет иметь значение. По прошествии аудита ты будешь уволена с треском. И я думаю, что нам с тобой будет тесно не только в одном холдинге. Но и в одном городе. Можешь собирать вещички.
Ксения дрожащими пальцами достала сигарету, долго не могла выбить пламя у зажигалки и закурить. Наконец, справившись, она втянула дым и почти равнодушно (как ей казалось, она прекрасно держала себя в руках) спросила:
– Любишь ее?
Макс вскинулся, а потом нарочито спокойно ответил:
– С какой стати я должен отчитываться перед предателями и шантажистами?
– Не отчитывайся, – горько усмехнулась Ксения. Внутри у нее все дрожало, но она из последних сил надеялась, что это Максу не заметно. – Просто Варя у нас девушка с принципами и такого она тебе не простит. Так что миссию свою я выполнила.
– И стоила твоя миссия всего этого? – равнодушно спросил Макс.
– Не знаю, – подумав, честно ответила Ксения. – В любом случае, спасибо тебе за эти пять лет. Это было классно.
– Пока ты сама все не испортила, – скривившись, проговорил мужчина.
– Да, пока я сама все не испортила.
Она сглотнула горячий ком, почему то образовавшийся внутри. Ком остался на своем месте, но подозрительно зачесались глаза. Неужели она сейчас разреветься на глазах у Еремина? – с ужасом подумала Ксения.
– Верстка номера здесь, файлы в компе на диске С. Желаю удачи, – проговорила она и, подхватив сумку, быстро вышла из кабинета.
Оставшийся один, Макс вздохнул, несколько минут смотрел на потолок, а потом достал сотовый. Надо было разруливать ситуацию.
Дома Варя, не раздеваясь, легла на диван и с головой укрылась пледом. Ее всю морозило, хотя на дворе стоял яркий теплый день. Июнь баловал солнцем и отсутствием затяжных дождей. Июнь! Она ошеломленно скинула одеяло и уставилась в потолок. Не может быть! Она прожила и прочувствовала целую жизнь! И эта жизнь уместилась в две недели. Как там говорила Яна: «будет, что вспомнить?» Да, такое не забудешь.
