Елена Васильевна усадила их на большой диван, серый с льняными вставками и большими вышитыми подушками. Макс сел вплотную к Варе и шепнул ей на ушко:
– Удивительно видеть такой радушный прием от моей всегда сдержанной мамы.
– Признайся честно, – отозвалась тоже шепотом Варя, – когда ты в последний раз знакомил ее со своей девушкой?
Макс честно задумался, но вспомнить не мог, в чем с удивлением признался.
– Вот! – со значением прошептала Варя, – Она уже, наверное, стала подозревать, что ты голубой.
Мужчина поперхнулся, а потом громко расхохотался и долго не мог остановиться. Пришла мама и громко спросила о причинах смеха, на что Макс еле выдавил:
– Представляешь, Варя сказала, что раз я не привозил сюда регулярно девиц, ты подумала, что я голубой.
Варя мгновенно покраснела и в душе прокляла собственное чувство юмора и болтливость Макса.
Елена Васильевна, вопреки ее опасениям, широко улыбнулась и ответила:
– Варечка, я сейчас поделюсь с вами наболевшим. Здесь очень развиты семейные связи и к нашим соседям постоянно приезжают многочисленные дочки и сыновья с мужьями и женами и многочисленными внуками. Здесь любят так справлять праздники, просто отдыхать в выходные. И меня постоянно спрашивают – где мой сын и его семья. И я вынуждена оправдываться, что да, у меня замечательный сын-бизнесмен, он богатый, умный и красивый, ему тридцать три года и он еще не женат.
Варя не удержалась и прыснула:
– Да, все вместе складывается в нехорошую картину. И здесь красота идет скорее в минус, чем в плюс, – и снова стала хохотать.
Елена Васильевна переглянулась с Максом и добавила:
– Теперь вы вдвоем приехали сюда, и я очень вас прошу, Варечка, приезжайте теперь почаще. Мы видим Максима редко, он весь в делах, и мы знаем, что он нас любит. Но очень скучаем по нему.
– Ну, мать, ты сейчас растрогаешь нашу гостью, и она заревет в три ручья. Она у меня девушка чувствительная. – И ловко сменил тему разговора: – Я тебе рассказывал про ее диссертацию?
Мама Макса клюнула на приманку:
– Да, Варя, расскажите, про что вы пишите ваш научный труд. Это так интересно!
И Варя весь следующий час объясняла про понятие лексики, рассказывала про архивы, где она работала, карточки, которые составляла, и диссертацию – сколько и как она ее писала и переписывала.
Елена Васильевна в это время ловко, с помощью Макса, накрыла на стол, сделала немудрящий салатик, разогрела всю еду, которую привезли они с ее сыном, и сделала и поставила в духовку сладкий пирог.
Вскоре приехал отец – высокий кряжистый мужчина, внешне очень похожий на своего сына – с вьющимися рыжеватыми волосами, и аккуратной бородкой клинышком. В своих эмоциях он был не столь откровенен, как жена, но было видно, что сыну он тоже очень рад, и что Варя ему нравится.
Обед прошел замечательно, родители слушали Макса, который скупо рассказал о делах, и Варю – которая на эмоции в отношении их общей работы не поскупилась – любимый был ею нарисован только в превосходных тонах.
На предсказуемый вопрос – «как они познакомились» реакция у них тоже была разная. Макс поперхнулся пирогом и долго кашлял, а Варя спокойно объяснила, что приехала в гости с подругой на дачу на вечеринку и там уже познакомилась с ним. Ни про Вадима, ни про злополучную Илону сказано не было. Краем глаза она видела реакцию Макса – он улыбался и закатывал глаза, но сама сдержалась и ничем не выдала, что весь рассказ – наскоро скроенная полуправда.
После обеда все решили прогуляться по городку. Родители шли впереди молодой парочки, и здоровались с соседями с еле скрываемой гордостью. Вскоре все соседи знали, что к пожилой чете из России приехал сын с подружкой.
Городок оказался крошечным – несколько улиц и пара площадей, но почти настоящим – была своя администрация, магазины, почта и клуб. Пожилых пар было большинство, но встречались и пары с детьми. Макс объяснил, что стоимость недвижимости здесь была не из дешевых, поэтому многие пенсионеры переселились сюда, продав квартиры в городе.
Варя их понимала. Ей самой бы понравилось жить в таком тихом пригороде, особенно если есть дети. При этой мысли она покраснела и украдкой посмотрела на Макса, не прочитал ли он ее крамольные мысли. Тот разговаривал с мамой и время от времени бросал на девушку одобряющие взгляды.
Она перевела дыхание – не заметил! Что такого крамольного в мыслях о детях, совместной жизни, и, о ужас, свадьбе, она не понимала. Но думать о таком было так волнительно, что дальше определенных мыслей лучше было не заходить. Хотя о покрое свадебного платья помечать хотелось очень!
Вернулись домой уже вечером. Готовить ужин Варя помогала почти в качестве члена семьи – ей было поручено чистить овощи и мешать тесто. Макс крутился тут же, отвлекая и заигрывая, рассказывая смешные истории про свое собственное «трудное» детство, когда его мама заставляла помогать на кухне, а он сбегал на улицу.
