Я заплатил за жетоны, поблагодарил его, и мы с Беккой отошли в сторонку.
– Он сказал, что без тебя зал не открылся бы, – шепнула Бекка, когда мы отошли от Сэма на порядочное расстояние. – Что это значит? – Я вкратце рассказал ей о болезни Сэма, но распространяться о том, как я приглядывал за автоматами, особо не хотелось. Бекка смерила меня озадаченным взглядом, будто пытаясь разгадать какой-то секретный код, а потом направилась к симулятору гонок. Он состоял из двух кресел – синего и красного – и двух рулей тех же цветов. Она задержала взгляд на синем кресле.
– Давай сыграем! – предложил я и сел в красное. Она медленно опустилась рядом. – Что такое?
– Я водить не умею.
Я расхохотался, да так сильно, что сложился пополам, уткнувшись лицом в руль. А когда заметил, что она с серьезным недоумением глядит на меня, прочистил горло и распрямился.
– Ты не шутишь? – она покачала головой. – Бекка, это ведь совсем не то же самое, что реальное вождение. Не волнуйся. Смотри. – Я взял ее за руки и положил их на руль. – Вот так надо поворачивать вправо, а так – влево. Тормоз – это вон та большая педаль. Поняла?
Она слушала меня с безграничным вниманием. Это меня растрогало.
– Большая педаль, – повторила она. – Поняла. Вставляй жетончики. И еще…
Я забросил в слот два жетона и нажал на кнопку «СТАРТ».
– Что?
– Не играй со мной в поддавки, – строго сказала Бекка и ткнула меня пальцем в грудь. – Не вздумай строить из себя рыцаря. Это грубо.
– Погоди, то есть, проявлять уважение – грубо? – переспросил я, окончательно сбитый с толку.
Бекка смотрела в экран, вцепившись с руль.
– В этой ситуации – да.
– Понял вас, мэм!
Игра началась. Бекка была неподражаема. Половину первого заезда она неслась задом наперед. А когда сумела развернуть машину, покатилась по газону и начала таранить здания. Кажется, даже сбила пару человек. И несколько почтовых ящиков. Мне было больно – чуть ли не на физическом уровне, – выигрывать раз за разом и даже не пытаться ей помочь, но я повиновался ее просьбе душить в себе рыцарство на корню, когда речь идет о видеоиграх. Поэтому третий заезд я завершил с улыбкой. И даже вскинул кулак над головой. Все ради того, чтобы показать ей, как сильно я уважаю ее нехватку таланта.
– Боже, можно было и поскромнее, – проворчала она, не сводя глаз с экрана, где шел повтор заезда, а именно, тех кадров, на которых она влетела в дерево.
Мы пошли к другому автомату. Это было огромное колесо, поделенное на сектора с указанием приза. Джекпот составлял тысячу билетиков, а самый маленький выигрыш – всего пять. Я крутанул колесо первым – и изумился, что оно не сломалось – слишком уж древним оно казалось на вид, – и выиграл сотню. Бекка крутила следом. Ее стрелочка замерла на отметке в пять сотен. Она радостно вытянула свои билетики, не сводя с меня торжествующего взгляда, точно ей не терпелось поскорее отыграться за гонки. Я убрал наши билетики в карман и мы продолжили обход. Следующим нам попался «Скибол» – большой стол с наклоном и отверстиями в верхней части. Каждая «лунка» давала свое число билетиков. Суть игры состояла в том, чтобы прокатить мячик по столу и вогнать в одно из отверстий. Чем оно меньше, тем больше был выигрыш.
– Давай разнообразим игру, – предложил я, протянув Бекке первый мяч. – Если ты попадешь в лунку, можешь задать другому вопрос. Помнится, ты говорила, что хочешь узнать меня получше. Вот и шанс подвернулся!
– И двадцать вопросов задать[3], и в «Скибол» сыграть, так, что ли?
– Ага, все в одном флаконе.
Бекка кивнула, расправила плечи, покачала головой, разминая шею.
– По рукам.
Она бросила первый мячик, и он угодил в крошечную лунку посередине.
Я присвистнул, а она расплылась в улыбке.
– Впечатляет! Спрашивай, о чем хочешь.
Она присела на краешек стола и посмотрела на меня.
– Как ты связан с этим местом? Такое ощущение, что вы с Самсоном довольно близки, – она кивнула на прилавок.
– Когда мне было пятнадцать, я подрабатывал тут на летних каникулах, – пояснил я.
– Я думала, твоя семья… – начала она, но осеклась и смущенно прикусила губу. Богата, мысленно закончил я за нее.
Я пожал плечами и жестом попросил ее встать, чтобы сделать свой бросок.
– Да, семья у меня обеспеченная. Но в детстве я обожал это место. Только здесь я мог провести время с папой, забыв о футболе. Так что когда я узнал, что Сэму нужна помощь, я сразу же вызвался. Чаще всего ему нечем было мне платить, и я просто играл в игры и ел попкорн задаром. Веселые были времена. – Я прокатил мячик, промахнулся и вручил следующий Бекке. Она снова смотрела на меня непонимающе, озадаченно. – Твоя очередь, – напомнил я.
Бекка тут же опомнилась и взяла мячик.
– Точно.
На этот раз она промахнулась.
А я попал в лунку, подарившую мне пятьсот очков.
– Любимый цвет? – спросил я.
Бекка призадумалась на секунду.
– Даже не знаю. Мне все цвета нравятся.
Ее бросок увенчался успехом.
– Любимое блюдо?
– Бургеры! – ответил я. – И картошка-фри.
Я снова промахнулся. А она опять выиграла.
– Во сколько лет ты впервые поцеловался?
