– Как беременеют, думаю, ты и сам знаешь. Когда? Ну, если верить тесту, где-то месяцев через семь. А вот кто – мы узнаем вместе. Или не узнаем, если не захочешь. Пусть будет сюрприз. И да, родной, – срывается мой голос на хрип, – правда. У нас будет еще один ребенок.
Растерянность вперемешку с тихим восторгом отражается на лице Бессонова. Он лихорадочно покрывает поцелуями мое лицо: лоб, нос, скулы, щеки. Быстро. Отрывисто. Я смеюсь. Арс крепко прижимает меня к себе. Я чувствую, с какой сумасшедшей скоростью летит его сильное сердце. Мое подхватывает этот рваный ритм. В унисон. Только так, и никак иначе.
Наш сынишка уминает арбуз, сладко причмокивая, не обращая на родителей никакого внимания. Я молча плачу от счастья. Бессонов тихонько нашептывает мне на ушко нежности, как маленькую ласково поглаживая по голове, обещая на руках носить и любить так, как никто и никогда не любил. И он исполнит. Я знаю. По-другому и быть не может!
А небо тем временем окрашивают яркие всполохи малинового заката, унося с собой в историю еще один волшебный день. Не первый и далеко не последний в нашей долгой и счастливой семейной жизни.
