— Да что с тобой? Ты волнуешься. Ничего, это нормально. Встречать вот так, сам, возможно, буду не часто. Ты довольна моим поведением?
— Идемте, на нас смотрят.
— На нас нужно смотреть. А на кого же еще?
— Не знаю, но я бы не хотела…
— Придется, такая профессия, чтобы на тебя смотрели. Они ведь знают, кого я встречаю. Дай им получить пищу для сплетен.
— А я думала, что у вас здесь…
— У нас здесь, как и везде. А из-за чего, собственно, ты мучаешься?
Метлицкая отвесила ему поклон, обнажила белоснежные ровные зубы и, гордо вскинув голову, обрамленную копной золотистых волос, произнесла:
— Мучиться будете вы, но не я. Открывайте двери, нас ждут.
Георгий опешил, не ожидая такого поворота, но спокойно выполнил все, что сказала Юлия. Они поднялись по мраморной лестнице на второй этаж, где в уютном, обставленном роскошной мебелью холле собрался почти весь коллектив. Алина предложила Юлии свободное кресло рядом с собой.
Решив все вопросы, касающиеся моделей одежды и организации их производства, Алина совершила ритуал представления новой сотрудницы. Правда, мешал Громадский, который сидел напротив и наблюдал за ней с каким-то ехидным сражением лица.
— И последний, полагаю, самый приятный вопрос. У нас пополнение. Встаньте, Юлия. Я буду говорить о вас.
Юлия послушно выполнила просьбу.
— Юлия Метлицкая, наша новая модель… Я думаю, достаточно взглянуть на нее, чтобы оценить правильность выбора нашего руководства.
— Простите, выбора руководства или Громадского?
Это был голос Татьяны Орловой. Алина на мгновение замерла. Но быстро отреагировала на ее реплику.
— Татьяна, ваши отношения с Громадским — это ваше личное с ним дело. Не переносите ваши проблемы в коллектив. Я вас очень прошу… У нас впереди месяц ответственной и сложнейшей, на мой взгляд, работы. Мы должны представить на экспертизу для подтверждения соотнесения к разряду международных образцов зимней женской одежды две модели по эскизу Вадика.
Юлия второй раз слышала это имя. Но никто толком не удосужился ей растолковать: кто этот легендарный Вадик, или Вади. «Ладно, узнаю потом». А сейчас Метлицкая искала момент, чтобы взглянуть на Татьяну. Она встретила неморгающий взгляд суровых и, как ей показалось, не совсем нормальных глаз.
— Кто будет работать с Юлией? — спросила модельер Кузнецова.
— Эти две модели буду курировать я лично… А потом, потом будет видно. На сегодня — все. Приступайте после обеда к работе. И попрошу всех быть предельно внимательными. Я на вас надеюсь… очень.
Громадский после пятиминутки предложил пообедать на улице Тверской, бывшей Горького, в актерском ресторане.
— Я знаю шефа кухни. Сейчас позвоню, и он накроет нам столик на…
— Троих! — произнесла Алина.
— А я? — внаглую спросила Татьяна.
— Танюша, прости. Я привыкла, что нас всегда трое… Я забыла, что теперь есть Юлия. Давай, звони, Георгий, и едем.
— Меня нельзя забывать, — Татьяна обошла стоявшую посреди комнаты Юлию. — Я о себе сама напомню. Правда, Георгий?
— Ты зря суетишься. Нас было трое, а теперь — четверо. Не злись, Танюша. Не стоит…
— Но у нее другая профессия! — воскликнула Таня.
— Таня! — мягко сказал Громадский. — Танюша, не сердись, Юлия — новый человек в коллективе, ей нужна поддержка. Москва для нее — чужой, надеюсь ненадолго, город.
Юлия стояла растерянная, но готова была себя защитить. Она поняла, что Татьяну и Георгия связывают более тесные отношения, нежели чисто служебные. В душе она обрадовалась этому и надеялась на дружбу с Татьяной в дальнейшем.
Моросил мелкий дождь, и «дворники» автомобиля работали беспрерывно. Внезапная ностальгия по своему бывшему городу, по квартире охватила Юлию. Как ей сейчас хотелось вернуться на свой двенадцатый этаж, к знакомым переулкам, улицам, домам. А здесь эта громадина необъятного города сковывала ее, не давала возможности расслабиться.
После обеда заехали к Юлии. Алина захотела посмотреть, как выглядит ее жилище. Захватили с собой шампанское. Квартира встретила их домашним теплом и уютом. Алина, которую Юлия раньше боялась, вела себя так, как будто они старые добрые друзья. А вот Татьяна, плюхнувшись на мягкий кожаный диван светло-розового цвета, отпускала в адрес Юлии не очень лестные замечания.
— Ой, как мы живем! Как «крутые». И откуда у вас, мадам, такие возможности?
— Таня, мы с Алиной за счет фирмы обставили Юлии квартиру. Надеюсь, ты об этом знаешь.
— Нет, впервые слышу. А что, она уже зарабатывала такие «бабки» у нас? Или как?
— Не тревожься. Она заработает. А это — ее аванс.
— Мне почему-то никто не дает авансов. Счастливая…
— Таня, тебе грех плакаться. Ты где отдыхаешь каждый год? — вступилась за Метлицкую Алина.
— Ты же знаешь где, зачем спрашиваешь?
— Тогда помолчи, пожалуйста, ты не комментатор. Порадуйся за человека.
— Я не выражу особой радости, не ждите…
Громадский, посоветовавшись с Алиной, решил поговорить с Татьяной Орловой. Алина согласилась:
— Тебе виднее, Георгий. Меня мало интересуют твои взаимоотношения с Таней.
— Но я чувствую, что она на грани срыва, особенно после приезда Юлии.
— Наверное, ревнует…
