Мой бывший, высокий худощавый парень с голубыми глазами и рыжей шевелюрой, оглядывал меня, как если бы видел впервые.
— Ты… — я вскинула брови, заметив на светло-голубой рубашке золотистый именной бейдж. — Ты здесь работаешь?
Макс отступил, скривился, как от пощечины, и ответил с горечью.
— Как видишь.
— Официантом? — я удивленно захлопала глазами.
Да, Максим был форменным лентяем, худо-бедно сдавал экзамены с третьего раза, за диплом отвалил тучу денег, продав старенькую хонду, которую отец подарил ему на восемнадцатилетие. Но официантом…
— Мама сюда устроила, по знакомству, — он отвел взгляд. — Временно.
Я взяла его за руку. Мы не расстались друзьями, но и врагами друг друга не считали, а сейчас Макс выглядел таким расстроенным и подавленным, что мне стало его искренне жаль.
— Пойдем, поговорим?
— Секунду, — он поставил пустой поднос на барную стойку и, перегнувшись через столешницу, крикнул. — Сергей, я на перекур! Подмени!
— Хорошо!
Мы вышли на корму, и Макс отвел меня в уголок, за ширму, где лежали спасательные жилеты. Солнце уже садилось, на палубе было прохладно и свежо. Я положила ладони на поручни и выжидательно посмотрела на Макса.
— Рассказывай.
Тот прищурился и, оглядывая противоположный берег, забитый белоснежными коттеджами, пожал плечами.
— Да нечего рассказывать. Работу ещё не нашел, поэтому позорюсь здесь.
— Ничего позорного тут нет.
Макс, все так же щурясь, посмотрел на меня.
— Тебе легко говорить. Работаешь в "Архи-дей", — он покачал головой. — С ума сойти. На последнем курсе только и разговоров было, что об этой конторе. Наверное, все резюме туда и подали. А попала только ты. И как?
— Тяжеловато, — призналась я. — Работы — завались. И сижу допоздна, и на выходных выхожу.
— Твоя стезя, разве нет? Ты и в универе пахала денно и нощно, — Макс усмехнулся. — И до сих пор пашешь… Нравится?
— Ещё бы! — я счастливо вздохнула. — Сложно, но очень интересно. Столько новых знакомых, проектов, заданий. Слышал про конкурс "Искра Евразии"? Сейчас делаем для него проект.
— Слышал. Ничего себе, — Макс присвистнул и не без восхищения оглядел меня. — Создаешь восьмое чудо света, гениальная красотка?
— Ну… — я опустила глаза. Неуклюжий комплимент бывшего мне польстил. — Не великий монумент, конечно, но дело большое. Последние недели работаю только с этим проектом. То дома, то на работе. Вот, на выходных посмотрю, что вышло.
— Так проект у тебя с собой? Дашь посмотреть?
— Прости, — я похлопала Макса по плечу. — Он не только мой. Потом покажу обязательно, хорошо?
— Ага, — Максим совсем скис. — Все равно ничего не пойму.
— Да ладно! — я легонько тряхнула его. — Макс, прекрати себя принижать! Ты — сообразительный парень, просто ещё не нашел свое место!
— Место, где смогу соображать? — он грустно усмехнулся. — Со мной-то все ясно. А ты — молодец. И выглядишь потрясно…
Его рука скользнула вверх по моей спине. Пальцы пробежались от талии до плеча и, как бы ненароком скинув бретельку, вернулись обратно, на талию. Макс потянул меня к себе.
— Я так соскучился.
— Максим, не нужно, — я отстранилась, осторожно, но твердо. — Мы же давно все решили.
— Ну да, — Макс отступил, явно недовольный таким поворотом событий. — Нашла себе кого?
— Я не одна, — уклончиво ответила я.
— Ясно, — он выпрямился, поправил бейдж и, повернувшись ко мне спиной, бросил через плечо. — Счастливо оставаться.
Я склонилась к воде. Ее тихий, мирный плеск успокаивал. Макса было жаль, но с его отношением к учебе, да и в принципе к жизни, ничего хорошего у него выйти и не могло. Он всегда считал, что удача сама должна прилететь к нему в руки, надо просто ждать и жить, как хочется. Не раз он насмехался над моей увлеченностью учебой, злился, что я меняла его на книги и лекции, говорил, что ко всему надо относиться проще.
Вот итог. У Макса этот принцип явно не сработал.
— Кто это был?
Я вздрогнула и обернулась. Заслонив свет, струящийся из ресторана, передо мной возник Шершнев.
— Сокурсник, — ответила я и отвернулась.
— Которого ты подтягивала по начерталке?
Я вскинула брови. Надо же, запомнил.
— Да.
— И что ему надо?
— Встретились и перекинулись парой слов.
— Вот так? — Шершнев сделал шаг ко мне и провел ладонью по спине. Я вздрогнула и подалась назад, прижимаясь к поручню. Сейчас мне не хотелось его ласк.
— Чуточку перешел границы, — равнодушно ответила я.
Женя встал рядом, лицом к палубе. Спиной оперся о поручень и, оглянувшись на реку, спросил:
— Ты хочешь уйти?
Не просто уйти. Убежать. Подальше и только с тобой.
— Да, — чуть повернув голову в его сторону, коротко ответила я.
Шершнев пристально посмотрел на меня. Потом выпрямился и, раздраженно одернув пиджак, протянул мне руку.
— Пойдем на яхту, — сказал сухо и утомленно, как если бы я окончательно и бесповоротно его доконала. Холодный взгляд не выражал ничего, кроме вселенской усталости. Видимо, от меня.
Это уже было слишком.
— Пожалуй, я пойду домой, — оттолкнувшись от поручня, я отвернулась и вышла за ширму. Замерла на мгновение, ожидая, что меня хотя бы окликнут, но Шершнев молчал. Не позвал, не поругал, не попытался догнать.
