Мне не удается скрыть эмоциональную усталость в голосе, но удается скрыть горечь и самобичевание. И прежде чем один из них, что-то ответит мне, я машу выглянувшей в коридор Челси, профессионально надев на лицо «счастливую маску».
Мэт провожает меня пристальным взглядом, который перестает жечь меня, только когда я попадаю в объятия Челси, уже потянувшей меня в гостиную, чтобы играть в твистер. И это всяко лучше того, чтобы играть в прятки с тем, кто уже давно перестал прятаться.
Глава 8
Эта вечеринка становится для меня костью в горле, и я жалею, что не осталась дома. Все сегодня мной воспринималось болезненно остро.
До невыносимости.
Мне удается выглядеть беззаботной в компании ребят, и я даже играю в твистер вместе с Итоном, который счастлив от того, что можно пофлиртовать со мной на таком уровне. Отвечаю на все его действия, но ловко обвожу его вокруг пальца, уложив на спину, и, тем самым, выйдя в победители. Мужская половина, понятное дело, гудит, потому что они ставили на парня, а вот девчонки ликуют, потому что я выигрываю ту сумму денег, которую мы уже завтра потратим на шмотки.
Периодически ловлю на себе напряженные взгляды Мета и беспокойные – Эрика. Первого продолжаю игнорировать, а второму отвечаю искренней полуулыбкой. Итон на какое-то время забирает мое внимание на себя, но как только видит во мне тоску, игриво спрашивает, почему я так притихла. И тут же просит меня забыть про проблемы в учебе и позволить себе отдохнуть.
Его невнимательности, которая никогда меня до этого не задевала, достаточно, чтобы я снова вернула себе прежний счастливый вид, только, чтобы он не лез ко мне с разговорами.
Но в итоге я ссылаюсь на усталость и уезжаю с вечеринки в компании Эрика. Мэт, обнимающий какую-то девушку, в отличие от Итона, отстраняется от нее, чтобы проводить нас, и в итоге снова видит меня без всей этой улыбчивости и самоуверенности.
С силой тяну Эрика к машине, понимая, что не выдержу еще одного унизительного словесного потока в свой адрес со стороны Мэта и, слава богу, тот провожает нас молчанием.
А уже вернувшись домой, я вижу пропущенный в своем телефоне. Увидев имя звонившего, не сдерживаю потока слез.
Дед снова звонил мне на сотовый.
Потому что знал, что к домашнему я не подойду.
Уже месяц как не подхожу.
Утро встречаю почти стеклянным взглядом.
За завтраком молча слушаю новости от родителей, которые снова попытались осторожно вставить сюда деда и бабушку. Не поддерживаю разговор и, как прежде, ухожу прежде, чем мать зарыдает.
Быстро переодеваюсь в спортивную форму и, несмотря на усталость и нежелание выходить из дома, все равно выхожу на пробежку. Только, чтобы не быть сейчас дома.
В выходные находиться дома становилось все сложнее. Если в будни у нас было мало времени на обсуждение семейных проблем, то в выходные этого времени было намного больше, поэтому родители начинали разговор, который приводил нас к одному и тому же исходу: мама рыдала, а я с тяжелым сердцем уходила на пробежку.
Вот и сейчас, я ухожу в парк и, вставив наушники, включаю недавно созданную папку с музыкой, где не попадалась бы ни одна из песен и музыкальных композиций деда.
Уткнувшись взглядом в асфальт, начинаю бежать, игнорируя прохожих и парней, которые хотели бежать рядом.
В обед родители уезжают в магазин, а вечером мы все снова встречаемся за ужином, но, на мое облегчение, с родителями Тины и Мэта. Ребята тоже приходят к нам на веранду, поэтому родители оставляют попытки поговорить со мной.
В воскресение все повторяется по кругу.
Который мне так хотелось прервать.
И из которого так отчаянно хотелось вырваться на свободу.
– Ты похудела, Хейли.
Мы с Тиной и Мэтом ждем с факультатива Итона, и, если Мэт предпочел стоять молча, то Тина решила занять это время болтовней. К сожалению, обо мне.
– Тебе кажется, Тина. – Отмахиваюсь я, не желая признавать, что за этот месяц, действительно, сбросила несколько килограмм на нервной почве.
– Нет, серьезно. Ты еще больше постройнела.
Я уже раздраженно отмахиваюсь от чуткой Тины.
– Это просто удачно подобранная одежда.
Я не ожидаю подвоха, поэтому нервно дергаюсь, когда ко мне тянется мощная загорелая рука Мэта. Парень касается пальцами моих шлевок на джинсах, потянув их на себя так, чтобы они оттянулись к нему.
Моментально реагирую на эту наглость и бью его по руке.
– Охренел?!
Мэт, не отводя от меня какого-то изучающего взгляда, послушно убрал руку.
– Раньше ты носила эти джинсы без ремня.
Я снова теряюсь от его наблюдательности. Которая больше усложняла жизнь мне, чем Тине.
– Ты ошибаешься.
Мэт хмуро качает головой, все еще сканируя меня своим напряженным взглядом.
– Не думаю, Хейли.
И в этот момент бурлившее во мне все эти дни раздражение снова дает о себе знать. Это как защитная реакция на каждого, кто пробует залезть ко мне в душу, игнорируя мой запрет на это.
– Еще две недели назад ты был недоволен тем, что моя задница выпирает! Сейчас тебе не нравится, что она вернулась в нормальный размер! Что будет завтра?! Скажешь, что у меня короткие ноги?! Или, что мне нужно удлинить шею?!
