Меня прижали к стене и начали целовать так долго и сладко, что вся эта неприятная тема с дамочкой, ключами и Региной на время вылетела у меня из головы.
А когда мы вернулись на грешную землю, Курьянов, прижавшись лбом к моему лбу, спросил.
-Догадалась?
-Ключи определённо дала Регина – она знала, какая связка от этого дома. И логично, что самый большой ключ – от ворот. Там замок специфический – так что не трудно догадаться. А вот в доме дверей много и… Можно ключи?
Кирилл снова вытащил из кармана брелок.
-Твой брат отдал мне дубликат от ворот и ключ от главной двери, а себе, на всякий случай, оставил от черного входа.
-Но Регина не могла этого знать, - вздохнула я.
Михаил поцеловал меня в губы.
-Поэтому теперь у твоего брата есть две возможности: решить раз и навсегда проблему со своей женой – и тогда я с удовольствием восстановлю его в должности; даже зарплату увеличу – чтобы его девка не доставала тебя своими стенаниями о несправедливости жизни; или дальше продолжать изображать из себя влюблённого рыцаря, готового отправиться по приказу своей прекрасной дамы хоть в огонь, хоть в воду. Мне слабаки в команде не нужны - от них всегда только неприятности.
-Вообще – то, - решила я немного возмутиться. – В рыцарях нет ничего обидного, как и в их служении «своей прекрасной даме». В средние века…
-…в средние века этим занимались по большей части те, у кого не имелось собственной земли. А вот те, от кого действительно зависела жизнь многих людей, физически не могли уделять огромного количества своего времени служению «даме».
-Получается, они жили без любви, - вздохнула я грустно.
- Напротив, - улыбнулся Курьянов. Меня вдруг приподняли над полом до своего уровня – и заглянули мне прямо в глаза.
Несмотря на дурашливость происходящего, взгляд у Михаила был серьёзным… даже строгим.
-В отличие от безземельных рыцарей, настоящий феодал сразу же утаскивал
-Жестко, - испуганно пискнула я.
-Зато эффективно, - хмыкнул Курьянов. – Несчастным феодалам приходилось бороться за своё счастье, ведь в моде были рыцари, воспевавшие романтическую любовь… а не супружескую верность.
-Мне кажется, ты ошибаешься, - покачала я головой. – Любовь воспевали поэты, трубадуры – и хотя это действительно не было о чувствах в браке; это было о платонической, чистой любви. Данте и Беатриче, Лаура и Петрарка, а если взять более ранее примеры, то те же и Гвиневра и Ланселот.
Курьянов скептически посмотрел на меня.
- То есть ты считаешь нормальным, когда бедный Лансо сох по замужней бабе? Или они всё же наставили рога несчастному Артурчику, а?
Я была одной из тех, кто не верил в измену королевы. Слишком многое не сходилось. Да и нельзя было скидывать со счетов наветы Мордреда, которому выгодно было уничтожить репутацию «первой леди».
-Мишка, - ударив его кулачком в плечо, я фыркнула. – Ты просто не понимаешь.
- К моей великой радости - нет, - довольно закивал этот дурак. Нет, конечно, и Великий, и Ужасный – но дурак. – Потому что будь я на месте короля, парня бы со всеми почестями и регалиями отослали бы куда подальше. И вообще, война – войной, но Артуру бы не с рыцарями за круглым столом заседать, а на бабе своей...
Покосившись на меня, он вздохнул и внезапно замолчал.
-Что? – кивнула я, ожидая продолжения фразы.
Курьянов как-то очень по-мужски усмехнулся – и снова полез целоваться.
Глава 17
На следующее утро я проснулась раньше обычно – решив сегодня начать свой день правильно: с физических нагрузок.
Накануне, перед тем, как идти спать, я попросила Мишу научить меня пользоваться его тренажёрами. На самом деле, много новичков, которые начинают посещать спортзал, делают одну, зато самую большую, ведущую к большинству негативных последствий, ошибку – они не берут инструктора на первые свои занятия и даже не интересуются в интернете, правильно ли они пользуются тренажёрами.
А ведь чтобы не навредить, чтобы использовать спортивной оборудование себе на пользу, необходимо знать не только, за какие ручки тренажёра дёргать, но и какое при этом должно быть положение тела, как правильно напрягать мышцы, как дышать, и так далее, и тому подобное.
В общем, без помощи Курьянова я бы точно не обошлась.
А он, между прочим, оказался прекрасным учителем. Не спешил, не раздражался; устанавливал для меня самый маленький вес - и медленно показывал, что и как мне надо делать.
А потом отходил на другой тренажёр и превращался в машину для убийства.
Если честно, я никогда не была поклонницей агрессивных видов спорта. Бокс, борьба, реслинг – все это казалось мне не очень приятным. А вот от бугрящейся спины Михаила – когда он тягал огромный, практически неподъемный вес, я не могла отвести взгляда.
