«Ну, вот и прекрасно, что ты знаешь, где я нахожусь. Я приехала, чтобы разобраться с этим долгом, но не ожидай, что я буду трепетать перед твоими угрозами. Ты хочешь встретиться? Замечательно. Будь готов к тому, что я не буду мириться с твоими условиями. Встретимся, завтра в два часа дня, на катере у пирса.»
Отослав сообщение, я с облегчением выдохнула. Хорошо, что я предложила встретиться в многолюдном месте. Если что-то пойдет не так, у него не будет возможности уйти или причинить мне вред. Там всегда много туристов, и в случае необходимости мне не придется бороться за свою безопасность в одиночку.
Мой план был рискованным, но это был единственный способ гарантировать, что встреча пройдет по моим условиям. Боязнь и тревога, конечно, были, но я старалась держать их под контролем. Мне нужно было сохранять спокойствие и уверенность, чтобы встретить его лицом к лицу и разобраться с долгом, который он навязал мне. Я чувствовала, что нахожусь на грани важного поворота в своей жизни, и была готова к любым последствиям.
Теперь оставалось только ждать завтрашнего дня и подготовиться к встрече. Это будет не просто встреча с отцом — это возможность окончательно разрубить все нерешённые вопросы и поставить точку в нашей сложной истории.
Что делают нормальные люди по утрам? Пьют кофе, едят свой вкусный завтрак. А я складываю деньги которые собирала пол жизни, что бы сейчас отнести их отцу. Какой же он козёл, — шептала я закрывая черную спортивную сумку. Взяв шокер я стала чувствать себя лучше и более безопастно. Отдавать свои деньги просто так я не собиралась, сначала нужно было выяснить, что это за люди и почему они решили требовать денег с меня. А не с дружков отца.
Я надела лёгкий сопртивный костюм, завязала волосы в тухой хвост и закрыв двери отправилась в неизвестность. Я не была уверена, что смогу легко узнать своего отца, ведь мы виделись достаточно давно.
Но прийдя на пирс я осознала, что ошиблась.
Отец стоял возле катера, и, несмотря на прошедшие годы, я сразу его узнала. Время беспощадно обошлось с ним: глубокие морщины прорезали его лицо. Его когда-то густые волосы сильно поредели, седина покрыла остатки тёмных прядей, придавая ему ещё более усталый вид. На нём была старая тёмная куртка с потрёпанными рукавами, джинсы, которые выглядели так, будто им не один десяток лет, и потёртые ботинки. В этом облике чувствовалось что-то неприятное — он стал чужим, опасным, как будто жизнь выжала из него всю доброту, что когда-то, возможно, в нём была.
Схватив сумку покрепче, я направилась к нему, стараясь держаться уверенно, хотя сердце бешено стучало в груди.
— Ну, здравствуй, отец, — я скривила губы в язвительной улыбке, но внутри всё кипело. Я смотрела прямо в его уставшие глаза, и ощущала, как нарастает волна гнева.
Он потёр нос рукой, нервно взглянув на меня из-под полуопущенных век.
— Привет. Ты принесла деньги? — его голос дрожал, но он старался казаться спокойным.
Я прищурилась, сжав сумку ещё крепче:
— Сначала я хочу знать, как ты опять влез в это дерьмо после стольких лет лечения.
Его лицо исказилось от раздражения, и он сделал шаг ко мне, повысив голос:
— Это сейчас не важно!
— Стой на месте! — рявкнула я, почувствовав, как напряжение в голосе выдаёт мой страх. Я не отступила, но подняла руку, словно предупреждая его. — Подойдёшь ближе — и я за себя не отвечаю. Посмотри вокруг, тут полно людей. Чуть что — я начну кричать, и тебя сразу повяжут. Ты этого хочешь? — я бросила на него холодный взгляд, стараясь не показывать, как сильно дрожат мои руки.
Он остановился, бросив пару ругательств себе под нос. Я тяжело вздохнула и зашла на катер, ощущая его напряжённый взгляд на своей спине. Мы оба знали, что этот разговор будет непростым.
Мы заняли места и катер тронулся, у нас было около сорока минут, что бы поговорить.
— Сколько ты должен? — резко спросила я, бросив на него колкий взгляд.
— Полмиллиона, — он посмортел на меня и скрестил руки на груди. — У меня есть всего два месяца, чтобы отдать им эти деньги.
— Полмиллиона?! — от моего вкрика прошла дрожь по воде. Я смотрела на него, полная ярости и разочарования. Конечно, я ожидала, что сумма будет значительной, но не настолько…
— Ты же принесла деньги, верно? — он облизал пересохшие губы, с надеждой посмотрев на мою сумку. — Надеюсь, ты привезла достаточно.
Я перевела взгляд на свою сумку и поняла, что всех моих накоплений не хватит. Страх стал подниматься изнутри, но я быстро подавила его.
— Если ты забыл, твоя дочь — не миллионер. Я всего лишь менеджер, — устало выдохнула я, ставя сумку себе на колени. — У меня всего несколько тысяч долларов. Это все мои сбережения за последние годы. Больше ничего нет.
Я достала деньги из сумки и уже собиралась передать их ему, но вдруг заметила, как он что-то шепчет себе под нос. Его глаза стали рассеянными, словно он погрузился в свои мысли или… что-то ещё.
— Что ты там бормочешь? — спросила я, но он не ответил, вместо этого он резко потянулся к деньгам.