— Ненавижу тебя подонок, — яростно кричала я пытаясь догнать его удаляющийся силуэт.
Моя голова закружилась, и мне показалось, что я вот-вот потеряю сознание. Грудь сдавило так сильно, что я не могла вдохнуть. Я судорожно пыталась втянуть воздух, но не могла. Моё тело начало дрожать, губы тряслись, а руки безвольно повисли вдоль тела. Всё вокруг стало слишком ярким и одновременно размытым, как в страшном сне, из которого невозможно проснуться. Не удержав равновесия я упала возле выхода на пирс.
Мир вокруг меня исчезал. Отец продолжал удаляться, но я больше не могла встать, моё тело было ватным.
Вставай, Ната! Вставай! Ты должна идти… Ты должна остановить его! — я словно схожу с ума, мои слова разрываются в воздухе. Я кричу сама себе, отчаянно срывающимся голосом. Внутри меня только паника и страх. Я цепляюсь за эти слова, как за последнюю ниточку к реальности. — Ну же! Ну же, Ната! Поднимайся! — шепчу, срываюсь на крик, но моё тело будто парализовало.
— Ты должна! Должна встать! Ты должна остановить его… Ты должна что-то сделать… — мои слова теперь больше похожи на жалкие мольбы. Но я не могу. Я не могу подняться. Я чувствую себя сломленной и беспомощной. Слёзы текут по моему лицу, душат меня, словно петля на шее. Я вижу, как всё вокруг расплывается в водовороте ужаса. Мне кажется, что я тону в этом безумии, не в силах вдохнуть.
— Вставай… — я шепчу почти беззвучно, голос срывается, превращаясь в хрип. Сил нет, только пустота внутри, глубокая, бездонная. Я кричу внутри себя, но наружу выходит лишь слабый, жалкий звук.
— Всё будет хорошо, держись, — где-то не подалёку раздался мягкий и уверенный голос девушки.
Я почти не понимала, что происходит. Она осторожно подхватила меня под локти.
— Держи голову ровно, давай я помогу тебе, — она аккуратно подняла меня, словно боясь, что любое неверное движение причинит мне боль.
Кто-то рядом подал воду, и она прижала бутылку к моим губам с заботой, будто бы я была ребёнком.
— Дыши глубже, всё хорошо, — повторяла она, словно это могло вернуть меня обратно в нормальное состояние.
Моё тело дрожало, но её присутствие — это тепло рядом — стало пробуждать меня от кошмара. Она заметила, как мои пальцы судорожно сжимаются в кулаки, пытаясь ухватиться за что-то невидимое.
— У тебя случилась паническая атака, — тихо сказала она, всё ещё держа меня, словно я могла снова упасть в эту бездну. — Я знаю, это страшно, но это пройдёт. Давай просто подышим вместе. Медленно… один вдох за другим.
Не знаю сколько времени эта незнакомка провела рядом со мной дыша в унисон, но паника постепенно отступала, как морская волна, которая сходит с берега. Туман в голове рассеивался, и я снова начинала чувствовать себя человеком, а не рыбкой, выброшенной на берег жадно хватающей воздух, которого было катострафически мало.
Она подала мне плед, укрыла моё дрожащее тело. Ткань касалась моей кожи, создавая иллюзию безопасности, словно этот кусок ткани, мог защитить меня от всего мира. Я начала ощущать, как мои дыхание стало более ровным, а её спокойный голос и заботливые руки медленно возвращали меня к реальности.
— Спасибо, — робко сказала я заключая незнакомку в объятья.
— Тебе ещё нужна моя помощь? — прошептала она мне на ухо обнимая за плечи.
— Сейчас, мне намного лучше, — сказала я отсраняясь. — Как я могу тебя отблагодарить? — спрашивала я, вглядывась в лицо моей спасительницы, она была красива, кругловатая форма лица, пухленькие губы и очень красивый носик картошкой.
— Можешь угостить меня пиццей, — с улыбкой на лице ответила мне девушка протягивая визитную карту. — Позвони мне как будешь свободна. — сказав это она похлопала меня по плечу и удалилась, радостно помахав на прощание.
Я оказалась на берегу совсем одна, и мои мысли стали кружить в голове, как надоедливые мошки. Я узнала невероятную правду о маме… Мне захотелось сбежать от этих мыслей, поэтому я решила пройтись по пляжу и подождать заката. Дома я бы только рыдала, переваривая эту ужасную новость. Быстро смахнув выступившие слёзы, я направилась туда, куда глядели мои глаза. Прямиком на встречу к закату.
В конце плохого дня увидеть разноцветное небо было бы подарком и радостью. Закат всегда был прекрасен в любых красках. Он был наполнен грустью и радостью, он наполнял тишину уютом. Закат давал надежду на рассвет — это и привлекало меня в нём.
Я шла босиком по песку, который уже начинал остывать от уходящего солнца. Оранжевые и розовые оттенки заката медленно растекались по небу, и я спешила занять лучшее место, чтобы увидеть это великолепие во всей красе. Замедлив шаг, я заметила идеальное место у самой воды и ускорилась, но, сделав последний быстрый шаг, неожиданно столкнулась с чем-то твёрдым. Точнее, с кем-то.