Вечерний семейный ужин, где всю дорогу слушали как мама рассказывала про наше детство, но мы не сводили друг от друга глаза. Ждали. Ждали нашей брачной ночи. И приходило вновь обманывать маму, что беременность проходит хорошо, когда она интересовалась о состоянии Евы. И теперь надо срочно исправлять. И я предвкушал как мы будет это делать. Не отпущу ее. Месяц, может два, надо будет три месяца буду держать ее в постели, и любить, пока не забеременеет.
А когда настало время, мы были просто счастливы. Насколько я видел и понимал, как она не сопротивлялась и отдавала мне ту же любовь и страсть.
Губы, опухшие от страстных поцелуев. Глаза, отёкшие от бессонной и бурной ночи. И тело ломало от физической разрядки. Потом после этого весь день проспали. Но на следующую ночь продолжалось вновь. День с ночью перепутали, но нам было все равно, работу временно доверил Глебу и Константину, а сам кайфовал, кайфовал тогда потерянным временем.
Так прошло недели две. Я до сих пор не могу прийти в себя. Она лежит рядом, полуголая, такая красивая, закинув на меня одну ногу и руку. Пусть мне было некомфортно, но очень приятно ее чувствовать на себе. Ева мирно лежала и сопела. А я ею любовался. Левой рукой гладил ее голое бедро чувствуя под своей ладонью мягкую и светлую тёплую кожу. Мысленно благодарил Бога за этот дар, о котором боялся даже мечтать. Особенно то как она закрыла глаза на свое прошлое. Закрыла тему о том дне, как только я ее похитил. И я понимал, что для неё это больная тема, и когда пытался извиниться перед ней, она закрывала ладонью мне губы и просила забыть и не вспоминать. Нутром все равно чувствовал, что она держит в себе эту обиду, возможно даже злость. Но я заслужил это, и думал, что она отвернётся навсегда. Ведь так оно и есть, я бы не простил. А она простила. Не словами, не глазами, а поведением. Хотя я не достоин даже этого. Какая она сильная, я бы не смог, а она смогла. И даже ни разу не сказала, что она меня любит, я и так знал, и видел, что ей это даётся тяжело. Ведь она приняла меня, такого монстра, насильника, похитителя и бандита.
— Мне пора. — тихо шепнул ей на уху. Знал, что проснулась от моих прикасаний и ласк, но не открывала глаза. Жучка.
Ева открыла глаза и смотрела куда-то прямо, будто думала о чем. А я боялся ее мыслей. Как бы ни было, знал, что она до сих борется и мириться с судьбой. Иногда кажется, что это все ложь и обман. Спектакль и кино, но потом понимал, что она смирилась. Видно, по ней что она не сопротивляется, живет, и дышит рядом со мной, как я и хотел.
«— Что тебя тревожит?» — каждый раз я спрашивал у неё, когда видел ее в таком состоянии. А сам боялся ответа. Страшно услышать правду в глаза, но я был готов принять. Но она не отвечала, говорила, что просто устала. А самому больно видеть ее такой грустной.
— Я хочу увидеть брата. — ее голос дрожал. Понятно, я же не железный, она скучает по брату. Давно надо было его позвать, но не решался. Ведь не друг он мне.
— Хорошо. Сегодня я его позову на ужин.
Ева напряглась. Закрыла глаза, и нырнула лицо под мою грудь, будто хочет спрятаться, и от этого мое сердце защекотало.
— Спасибо. — услышал ее ответ.
Я так и сделал как обещал. Алексея позвал, объяснив тем, что все-таки мы семья и я не против чтобы брат с сестрой общались. Алексей, долго не думал, согласился прийти. Говоря, что сам по ней скучает.
Но Ева, увидев брата за столько времени, не подошла и не обняла, как ранее она это делала с братом. Подумал, что она стеснялась. Все-таки не один год прошёл, и много чего прошло за столько лет. Как не родные. И дал им время подумать.
За ужином мы молча сидели и ели приготовленный лично Евой. Было вкусно, как всегда.
Я пытался поддержать разговор, но они молчали и будто даже настороженно вели себя. И я понял, что тут я лишний. Оставил их одних, дал им время, пока через несколько минут она не провела его домой до двери. Быстро они поговорили, и понимал, что они явно не в ладах. С другой стороны понимал, это была моя заслуга, и думал, как бы исправить свою ошибку.
После этого я не спрашивал, о чем они разговаривали. Не стал лезть в их семью. Хотя я тоже ее семья, но это другое.
После этого Алексей часто ее навещал. Мне доносила охрана, но я был не против. Я давал им время прийти в себя. И может тогда Ева наконец улыбнётся Алексею при встрече, и надеюсь она будет ещё счастливее. Ради неё я готов все стерпеть, горы свернуть и любого убить. Главное, чтобы она была счастлива. А пока такого я не вижу. Она мне улыбается всегда, я не слепой, все вижу, ведь как только она отвернётся, станет грустной. Ее глаза не врут. Есть грусть в ее взгляде, и я не знал, как мне сделать так, чтобы она сияла.
