«— Мой брат жив», — тихо прошептала, как могла поднять голос высоко в тон, но силы не давали напора. Чувствую, что опять теряю голос, но я сопротивляюсь, сейчас не время терять вновь себя, это меня убьёт скоро.
— Нет — в ушах его ответ звенит и не прекращает. Он подтвердил мои опасения, дав мне лист. Я как ненормальная быстро прочла и заныла уронив лист на пол.
«Примите мои пламенные поздравления и мой смертельно убийственный подарок в честь вашей свадьбы. Уверяю, ваша жена будет рада. С уважением, ваш ненавистны друг»
Упала на пол упираясь коленями и начала рыдать в обе ладони, и слышала голос Сергея.
— Я думал, что ты меня обманываешь, ведь это в твоём духе, отправить своего брата на помощь. И ждал случая над тобой посмеяться, свою армию приготовил к месиво. Засаду устроил. Но, не думал, что окажется все, наоборот. Твой брат мёртв, это факт, смирись с этим. Артур жестоко поступил с тобой, как и его отец поступил со мной. Яблоко от яблони недалеко падает. В нем течёт кровь отца деспота. А теперь, пожимай плоды моя дорогая, хотела его смерти, и ты его получишь, я обещаю. А сейчас прекращай этот фарс, и вставай, пока не передумал от тебя избавиться как Артур избавился от твоего брата. — поднял ее за руку.
— У меня брат умер, а ты жениться собрался? — крикнула я на него и билась на него в истерики.
— У тебя не большой выбор, ты со мной, либо последуешь за братом?
Я мгновенно замолкла, вспомнив о Жене. Громко сглотнула и вытерла трясущими пальцами слёзы по лицу, понимая, что выгляжу ужасно измазанной и красной. Но меня не это больше волнует, а моя дочь, которая осталась у меня единственная родное и близкое. Я ее не оставлю одну, ей сейчас нужна я, мать, которая убережёт ее от жёсткого мира пока я жива на этом свете.
«— Быстрее давайте…» — через слёзы сказала регистраторши, что все это время прижалась к стене от страха быть не замеченной от криминальных людей. И она, услышав меня долго запиналась перед книгой и дрожащими словами продолжила, пока не спросила у моего жениха. «Готовы ли вы принять в жены…»
Где-то в далеко я слышала ее, а сама вижу перед глазами своего брата, веселого, улыбающегося. И я, не ведая улыбалась, со стороны может и жутко выглядела, и может умом тронулась, но я так прощалась с ним, если в живую у меня не получилось. Ведь не этого финиша я ожидала, но должна бы догадаться, что Артур не поверит ни мне и моему брату. Я запуталась в своих мыслях, хочу ли я смерти ему? Ведь он убил моего брата и прислал его палец в подарок, но почему-то я все равно не могла не ненавидеть его. Так же сильно, как его люблю. Не могу до сих пор поверить, что Алексей умер.
— Да, согласен.
Меня передергивало от ответа Северного, и я понимала, что следующий вопрос будет задан мне, и я должна ответить. Исчерпать в себе силу и дать тот ответ, который удовлетворит Сергея вполне, но не мне. И меня нахлынули столько эмоции, что даже новость смерть моего брата так не нападали на меня. Это паника. И я начала бороться с собой и убивать все чувства и мужество в моем целом мире. Я чувствую себя просто мясом, телом что готовое подчиняться, но душой отторгая ненавистное в себе. Это как оболочка, которая пуста, ведь мои амбиции и частичка ядерных эмоции покидают с его источника. И я понимаю, что тогда моя жизнь закончится на этом. Навсегда, и я не буду прежней, никогда.
— Ева? — меня вынырнули из моих мыслях, и я вспомнила что я ещё жива и могу соображать, пока вновь не убьют все мое воинственное сознание к победе. — Ева, вы согласны?
Я хмурила брови и разгладила, когда посматривала на раздражённого жениха. И меня осенила. Я не вещь. Мною управлять, означает наслать на себя беду. И я ему это устрою. Мой брат был прав. Куда делась его сестренка, которую он учил давать сдачи, если меня тронут?
— Нет — громко и уверена.
Северный не ожидал моего ответа. Он вылупил глаза, сжал губы и крикнул.
— Глеб, забери эту тварь и закопай в лесу, так глубоко, чтобы никто не мог найти ее тухлое тело.
Северный схватил мое плечо и толкнул к Глебу, потеряв в равновесие я упала к ногам Глеба, но тот аккуратно меня поднял и повёл на выход. Но я не унималась и кричала ему в спину.
— Моя дочь, отомстит за меня. — я будто кричал ему проклятие, и сама верила в это.
Северный будто не слышал, смотрел в окно тяжело дыша от злости.
А когда оказалась в холле, я только сейчас поняла, что я сделала. Сама напросилась. Но вдруг я схватила обеими руками за плечи Глеба и умоляющими глазами просила.
— Глеб, прошу, дай попрощаться с дочерью перед смертью? Я прощаю тебя за все грехи что ты сделал мне, пожалуйста, ты же тоже человек, у тебя тоже есть мать, ты должен понять.
Глеб смотрел на двоих охранников что остались сопровождать нас, и все прекрасно слышали, но делали вид будто ничего не слышат.
Потом на меня смотрел, другим взглядом, которого раньше я не видела в нем этого.
— Хорошо, только у тебя минута. — смирился он.
Ощутив облегчение и мгновенно, потеряв время, а осталось считанные секунды, быстро побежала в дамскую комнату.
