Худоба ее госпожи становилась все более нездоровой. Теперь, когда ее ноги совсем ослабели от неподвижности, Кларри и Олив без труда могли ее поднять.
Луиза сидела у окна, вздыхая, но, похоже, была вполне довольна. Ее лицо озарялось радостью, когда она видела, как долговязый Уилл бежит из школы домой через площадь и машет ей рукой. Его ноги стали длинными, а фигура – нескладной. Мальчик изменился по сравнению с тем, каким он был во время летних каникул. Уилл взбегал по лестнице и падал на пол возле матери, тут же принимаясь болтать.
Однажды, когда Вэрити пыталась увлечь Луизу переоформлением комнат на втором этаже, шумно вбежал Уилл и, нечаянно пнув ногой стопку с образцами тканей, повалил ее. Кларри, которая подавала в это время чай, поспешила все поднять.
– Какой же ты неуклюжий! – натянуто засмеялась Вэрити, скрывая раздражение.
– Извините, – сказал Уилл и, поцеловав мать, заговорил с ней, игнорируя будущую невестку: – Смотри, мама, я нашел первый каштан!
Он вытащил блестящий плод конского каштана из кармана шорт.
– Пусть Кларри поможет мне подвесить его на шнурок.
– А разве ты уже не слишком большой для игры в каштаны?[21] – спросила его Вэрити. – Тебе скоро тринадцать. Клайв в твоем возрасте уже занимался боксом – спортом для настоящих мужчин.
Луиза покровительственно положила ладонь на светлые кудри сына.
– Уилл еще мал, – сказала она нежно. – Мальчик успеет стать взрослым.
Вскоре после этого случая Кларри подслушала Берти, предлагающего отцу отдать Уилла в частную школу-интернат.
– Ему необходимо закалиться, папа. К тому же он слишком много времени проводит с прислугой. Мальчику нужно прививать хорошие манеры. Иногда он бывает довольно груб с Вэрити, – пожаловался Берти.
Герберт вздохнул.
– Я первый готов признать, что этот мальчик кого угодно может вывести из терпения, но я не хотел бы отсылать его из дому. Да и твоя мать никогда с этим не согласится. Вэрити со временем привыкнет к Уиллу.
Погода резко изменилась, похолодало, и Луиза снова стала проводить все время в постели. Больше разговоров о школе-интернате никто не заводил. Вэрити с головой ушла в приготовления к бракосочетанию. За неделю до Рождества молодых обвенчают в кафедральном соборе Святого Николая, а затем в Благородном собрании состоится свадебный прием и бал. Было приглашено, кажется, пол-Ньюкасла. Кларри ожидала горячая пора, поскольку Берти собирался устроить большой прием вечером накануне венчания и разместить в доме родственников из Йоркшира.
Первым ее внимание на состояние Луизы обратил Уилл.
– У мамы странный кашель, – сообщил он Кларри. – И она не притронулась к ужину.
Луиза и без того ела так мало, что ее отказ от пищи не показался Кларри чем-то подозрительным, да и по большей части ее кормлением занималась Олив. Кларри в последнее время была так занята поручениями Вэрити, что стала уделять госпоже совсем мало времени, лишь продолжала регулярно мыть ее. Но последние два дня Луиза отказывалась от водных процедур и вообще не желала, чтобы к ней прикасались, и каждый раз, когда Кларри заглядывала в ее спальню, она спала. «Почему я не обратила на это должного внимания?» – думала девушка, испытывая чувство вины.
Берти и Вэрити в тот день были в театре, и Кларри поспешила в спальню Луизы. Она обнаружила, что у ее госпожи жар и шумное, свистящее дыхание. Когда Кларри положила руку Луизе на лоб, та застонала:
– Оставьте меня в покое! Пожалуйста, не трогайте меня.
– У вас жар, мэм, – тревожно сказала Кларри.
Луиза мучительно закашлялась.
– Пойду приведу доктора, – тут же решила Кларри.
– Нет, – задыхаясь от кашля, просипела Луиза. – Не нужно… доктора.
Кларри попыталась приподнять ее, чтобы облегчить ей дыхание, но Луиза сжалась и задрожала, как будто экономка прикоснулась к ней ледяными руками. Испуганная Кларри бросилась искать Герберта и нашла его в кабинете за работой. Увидев на ее лице тревогу, он тут же поднялся.
– Что-то случилось?
– Да, миссис Сток не в порядке. Кажется, у нее лихорадка.
– Лихорадка? – переспросил Герберт. – Но я видел ее сегодня утром…
– Она вся горит, – перебила его Кларри. – И ничего не ела последние два дня, только спала.
– Почему вы ничего мне об этом не сказали? – строго спросил он у нее.
– Прошу прощения, – вспыхнула Кларри. – Думаю, нам следует вызвать врача, сэр.
– Я сам это сделаю, – резко ответил он.
Кларри покачала головой.
– Лучше я, а вы посидите с миссис Сток.
Кивнув, Герберт вышел, оставив свои бумаги разбросанными на столе.
Когда Кларри вернулась с доктором и провела его наверх, Герберт стоял у камина, сцепив руки за спиной, а Уилл с обеспокоенным лицом сидел на кровати. Увидев врача, Герберт выгнал Уилла из комнаты, и они с Кларри спустились вниз.
– Может, Олив ей почитает? – предложил мальчик. – Или же я поиграю на скрипке. Как вы думаете, маме это поможет?
– Обязательно поможет, но лучше сделать это завтра, после того как твоя мама поспит. Почему бы тебе не пойти к Олив и не поупражняться немного в игре на скрипке?
