– Я не верю вам. Как вам удалось его окрутить? С помощью черной магии? Вы опоили моего отца приворотным зельем?
Неожиданно свободной рукой Берти вцепился в волосы Кларри и резко притянул ее к себе. Прижав губы к ее губам, он чуть не задушил ее поцелуем. С отвращением оттолкнув его от себя, Кларри схватила кухонный нож.
– Не подходите ко мне! – прошипела она.
– А то что? – спросил Берти ледяным тоном.
– А то ваш отец узнает о том, что здесь произошло, – ответила она.
Они с презрением смотрели друг на друга. Берти первый отвел взгляд.
– Сколько вы хотите получить за то, чтобы отступиться и оставить моего отца в покое? – спросил он. – Я заплачу вам достаточно, чтобы вы сняли себе жилье – себе и своей несчастной сестре. Устрою вас в пансион, и вы ни в чем не будете нуждаться. Я знаю, вам именно это и нужно.
Кларри подавила в себе желание плюнуть ему в лицо. Сначала он ей угрожает, потом унижает омерзительным поцелуем, теперь же пытается ее подкупить. Берти не заслуживал даже презрения.
– Мне не нужны ваши деньги, – запальчиво ответила она. – И ваше наследство тоже. Если это все, что беспокоит вас и вашу жену, то советую вам обсудить денежные вопросы с отцом. Меня это не касается.
Берти смотрел на нее с недоверием.
– Теперь, полагаю, вам лучше уйти, – сказала Кларри.
– Сучка! Выскочка! – крикнул он. – Если вы выйдете замуж за моего отца, я сделаю все, чтобы вы были отвергнуты обществом. Никто в этом городе, кто хоть чего-то стоит, не пустит вас к себе на порог.
– Вот и ладно, меньше забот, – насмешливо ответила Кларри.
Берти развернулся на каблуках и с гордым видом удалился.
Через несколько минут, когда в комнату, хлопнув дверью черного хода, вошла Олив, Кларри все еще трясло.
– Я только что видела, как уходил мистер Берти. За ним словно черти гнались. Чего он хотел? – спросила Олив встревоженно.
– Он пытался запугать меня, чтобы я не выходила замуж за его отца, – ответила Кларри, стараясь скрыть свое потрясение.
Подойдя ближе, Олив увидела, как огорчена ее сестра.
– Ах, Кларри, ты полагаешь, что разумно будет довести дело до свадьбы? Похоже, все настроены против тебя.
Лицо Кларри стало решительным.
– Со временем они привыкнут. Это далеко не первый случай в истории, когда богатый человек женится на своей экономке.
– Да, конечно. Но кое-кто настроен против нас не столько потому, что мы слуги, а из-за нашего наполовину индийского происхождения, – печально сказала Олив.
– А ты не слушай эти разговоры, – рассердилась Кларри. – Я горжусь своим происхождением. И людям, которые действительно хорошо к нам относятся, – Герберту и Уиллу – нет до этого никакого дела.
Олив тяжело вздохнула. Кларри протянула к ней руки, и, помешкав секунду, Олив позволила сестре ее обнять.
Заканчивалась осень, но, несмотря на решительный настрой Кларри, их с Гербертом помолвка затягивалась, и окончательная дата бракосочетания по-прежнему была не определена. Кларри уже начинала думать, что Герберт пожалел о своем необдуманном предложении, пойдя на попятный под давлением осуждающих его родственников. Ее терзал страх, что Берти снова начнет ей досаждать. Ему нельзя верить. Будучи служанкой, а не женой Герберта, она была беззащитна перед угрозами его старшего сына.
– Возможно, если мы не будем торопить события, мои родные примирятся с этой мыслью, – сказал Герберт, глядя на нее с мольбой.
– Нет, не примирятся, – прямо ответила Кларри. – Они, скорее всего, перестанут с нами даже разговаривать. По крайней мере, со мной. Вы готовы к этому?
– Разумеется, нет, – вздохнул Герберт.
С приближением зимы Кларри все чаще приходила к заключению, что их еще не состоявшийся брак уже обречен. Ее мечты о том, чтобы стать Герберту женой и компаньоном, об открытии заведения вместе с Олив так и останутся всего лишь мечтами. Это – журавль в небе. Однажды вечером Кларри скрепя сердце решилась на откровенный разговор.
– Мне очень жаль, – грустно сказала она Герберту, – но я не хочу стать причиной разлада в вашей семье.
– Не говорите так, – ответил он, испуганно глядя на нее. – Этого не случится.
– Это уже случилось. Вы не можете этого не замечать.
Кларри положила ладонь ему на руку.
– Берти недвусмысленно дал мне понять, что они с Вэрити никогда не примут меня в вашу семью.
– Берти, – повторил Герберт сердито. – Что он вам сказал?
– Что я никогда не смогу занять место его матери, – ответила Кларри, прямо глядя ему в глаза. – Что ему противна даже мысль о том, что кто-то попытается это сделать.
Герберт отвел глаза, покраснев.
– Он не понимает, каким счастливым вы меня сделаете, но со временем поймет.
– Хорошо, если бы так, – сказала Кларри, качая головой. – Как и вы, я думала, что в конце концов он придет к пониманию этого. Но такого не произойдет, и со временем ваша жизнь станет невыносимой. Вам ведь вместе работать.
Герберт схватил ее за руку.
